Я сидела на кухне с кружкой остывшего чая и не встала ему навстречу.
— Привет, — сказал он, заглянув ко мне.
Вот это «привет» было особенно мерзким. Нормальное. Домашнее. Привычное. Так говорят людям, с которыми не рушится жизнь.
— Привет, — ответила я.
Он посмотрел на меня внимательнее, задержал взгляд на лице.
— Ты весь день дома сидела?
— А ты весь день был с клиентами?
Он чуть заметно выдохнул. Не обреченно. Скорее как человек, которому не нравится, что ситуация до сих пор не вернулась под контроль.
— Я надеялся, что мы поговорим нормально.
— А мы как сейчас говорим?
— Ты враждебно настроена.
Я усмехнулась. Даже не потому, что мне стало смешно. Просто от точности его формулировок иногда хотелось либо смеяться, либо бить посуду. Он никогда не называл вещи своими именами. Не «ты узнала, что я веду двойную жизнь». Не «тебе больно». Не «я тебя унизил». Нет. Я враждебно настроена. Как будто речь шла о неудачной планерке.
— Я нормально настроена, Артем. Для женщины, которой, возможно, изменяет муж.
Он подошел к холодильнику, достал воду, налил себе в стакан и только потом ответил:
— Опять это «возможно» подается как «точно».
Я смотрела на него и чувствовала, как все сильнее ненавижу эту его способность сначала причинить боль, а потом еще и заставить меня разговаривать о ней его языком. Сдержанным, прохладным, аккуратным. На его языке я всегда звучала хуже. Более истеричной. Более слабой. Более неудобной.
— Хорошо, — сказала я. — Тогда скажи прямо. Кто она?
Он отпил воды.
— Я уже сказал. Рабочий контакт.
— Нет. Скажи, кто она для тебя.
Он посмотрел мне в глаза с тем самым выражением, от которого раньше у меня сжималось сердце. Сейчас — только скулы.
— Лика, ты сейчас хочешь не правду. Ты хочешь подтвердить сценарий, который уже придумала.
Именно в эту секунду зазвонил домофон.
Мы оба замолчали.
Я нахмурилась. Никаких доставок я не ждала. Нина не приходит без звонка. Мои родители жили в другом конце города и никогда не появлялись внезапно. Артем перевел взгляд на коридор, потом на меня, потом — почти мгновенно — обратно на стакан воды. Это было очень короткое движение. Но его хватило.
Домофон зазвонил второй раз.
— Ты кого-то ждешь? — спросила я.
— Нет.
Он ответил слишком быстро.
Я встала первой и пошла в коридор. Он двинулся следом, но не обогнал. И от этого у меня внутри уже все холодело с новой, нехорошей ясностью. Я подошла к панели, нажала кнопку связи.
— Да?
— Добрый вечер, — сказал женский голос. Спокойный. Низкий. Уверенный. — Простите, я, кажется, ошиблась подъездом. У вас здесь квартира сорок два?