Дитер не ответил сразу.
Просто медленно, почти церемониально опустил руку. Медальон коснулся дерева прилавка с глухим, тяжёлым стуком. Тук.
Он не отодвинул его. Оставил между нами. Как мост. Как вызов.
— Я пришёл сказать, что отменил помолвку с Элинор, — произнёс он.
Дитер шагнул вперёд. Сапог ступил на порог, оставляя мокрый, грязный отпечаток на вымытых мной досках и нарушая чистоту моего убежища.
Я не отшатнулась. Не смогла. Мои ноги отказывались слушаться.
— Я пришёл, чтобы попросить прощения. За каждое слово, за каждый пролитый суп, за каждую слезу, которую я заставил тебя пролить.
И в эту же секунду он опустился на колени. Я испугалась, глядя на генерала, который никогда не перед кем стоял на коленях. Даже перед королём. Разве что на одном колене перед знаменем. И сейчас он стоял передо мной на коленях и смотрел мне в глаза.
— Я пришёл обменять правду на правду.
— Не поняла? — спросила я, глядя на его руку, которую он теперь протягивал мне. Ладонью вверх, словно приглашая.
— Знаешь, Хелен, — усмехнулся Дитер. Усмешка вышла кривой, горькой. — Слова могут лгать. Сказать можно многое. Красиво. Правильно. Но твой дар не обманешь. Я хочу, чтобы ты сама всё увидела. Я разрешаю тебе увидеть всё моими глазами.
Его рука приблизилась ко мне. Широкая, сильная. Со шрамом, пересекающим линию жизни. Рука, которая ломала кости врагам. Рука, которая держала меня в саду, не давая убежать. Рука, которая сжимала меня так, будто хотела вырвать мою душу.
— Посмотри сама, — произнёс он тихо, почти интимно. — И ты увидишь правду. Мою правду.
— Я не могу, — прошептала я, положив пальцы на висок. Голова раскалывалась. — Я сегодня достаточно устала… У меня просто нет сил.
— Нет! — голос Дитера стал жёстче. Он встал с колен и шагнул ещё ближе, вторгаясь в моё личное пространство. Тепло его тела обожгло меня. — Ты просто не хочешь! Ты боишься!
Он наклонился, и его лицо оказалось так близко, что я видела расширенные зрачки, тёмные провалы, в которых отражался мой собственный испуг.
— Я предлагаю тебе правду, Хелен. Откровение за откровение. Без слов. Без лжи. Только ты и я.
Он замер, ожидая. Его ладонь всё ещё была протянута. Между нашими пальцами осталось всего несколько сантиметров воздуха, но он казался раскалённым.
Я смотрела на его руку. На медальон на столе. На его глаза.
И понимала: у меня нет выбора. Либо я узнаю всё. Либо останусь навсегда в неведении, сгорая от вопросов, на которые никогда не получу ответа.
Дар внутри отозвался тёплой пульсацией. Предвкушением. Болью.
Я сделала вдох.