И снова дракон стал вдыхать… Я усилил ветер, в особенности над полем из трупов, не давая монстру пополнить запасы вони в своих лёгких. Я стал буквально впихивать чистый воздух ему в глотку, заставляя монстра крутить головой и искать более вонючую область для вдоха.
Мучительный рёв дракона заполнил всю округу. Меня едва не свалило от его визга, и я, обернувшись, заметил, как звуковую стену, оставленную Тёмным Жрецом, расколола прозрачная трещина.
Не я, так дракон мне помог…
Дракон всё пытался вдохнуть, но уже хрипел от удушья — чистый воздух для существа, выросшего в глубинах зловонного ущелья, оказался практически ядом.
Скрючившись над трупами, монстр, казалось бы, замер… А потом, взревев раненым зверем, хапнул огромной пастью кучу гниющих тел и свалившихся с него насекомых. Затем, прижимаясь брюхом к земле, он вдруг пополз в холмы, где шатался, заваливаясь то на один бок, то на другой… Иногда пытался взлететь, взмахивая дырявыми крыльями.
Так он и исчез вдали за холмами, где валил деревья, до которых не достал огонь моего взрыва. Направлялся он примерно туда, где должно было располагаться ущелье Нужник Моркаты. Дракон просто пытался доползти до родного вонючего дома.
Выдохнув, я опустился на землю и просто уселся. Вокруг так и парил смрад, от которого хотелось блевать, но если сравнивать с дыханием дракона, то это был свежайший ветер.
Чёртов вонючий север! Что-то мне родина Агаты и Креоны совсем уже разонравилась. Жить я здесь точно не буду…
Впереди так и лежали остатки хладоградского войска. Глупый царь Стоян просто так угробил столько своих людей, отдав земли под ересь Тёмного Жреца. Надо как-то донести до людей правду, им это точно не понравится.
Отдышавшись, я оглянулся… Над сгоревшей деревней всё ещё поднимался дым. Где-то там хитрый Тёмный Жрец гнался за Кутенем, облёкшим себя в светлую форму и изображающим Луку.
Я гулко постучал ладонью по земле.
— Выходите!
Дорога подо мной пришла в движение, от неожиданности я едва не свалился в образовавшуюся огромную яму, но меня поддержали высунувшиеся корни. А потом из ямы показалась троица — Креона, Виол и улыбающийся Лука.
— Господин Малуш, а вы прямо как Бам-бам стучали! — мальчишка вздохнул, — Я уж подумал, и вправду медоёж появился.
— Увидишь ещё своего Бам-бама, — усмехнулся я.
— Громада, — Виол оглядывался, что-то разглядывая в воздухе, — Это очень сильный бард. Я даже не знал, что такие бывают… Такое чувство, что сам Маюн спустился на землю. Но это, конечно же, был не Маюн…
— Надо спешить к Храму, — я усмехнулся, — Насколько понял, он теперь беззащитен?