Тяжело вздыхаю и беру в руки телефон. Делать нечего, придётся позвонить Дашке и признаться в том, что я всё испортила. Не привыкать уже — я для неё ходячее бедствие. Едва успеваю открыть контакты, как телефон звонит сам. Сестрёнка словно чует неладное и спешит выйти со мной на связь.
— Алло, — отвечаю осторожно, закусывая губу.
— Ада, зачитай мне пункт три восемь, пожалуйста, — тараторит сестра, шмыгая носом.
— Э-э-э, хорошо, — бросаю короткий взгляд на водителя, который уже тыкал меня носом в конфиденциальность информации, и зачитываю пункт.
— Вот дерьмо, — грубо ругается Даша, а это крайне редкий случай.
— Что случилось?
— Я допустила ошибку в этом пункте… Формулировку нужно было изменить, а я оставила прежней. Сейчас проверяла свои заметки и заметила, что пропустила.
Я быстренько выпрямляюсь, находя в этой ситуации свои плюсы.
— Так подправь, я распечатаю заново!
— Правда? — приободряется сестра. — Адочка, ты меня очень выручишь.
— Присылай на мою электронку, я найду, где распечатать.
— Отлично.
— Только присылай полностью, вместе со счетами, Даш, — тут же вставляю я. — Чтобы я ничего не напутала.
— Да, конечно. Две минуты, дорогая. Спасибо!
Она отключается, а я принимаюсь искать по карте города ближайший салон фотопечати или ксерокопии.
— Что-то случилось? — подает голос мой извозчик.
— Да. В контракте нужна небольшая поправка, сейчас Дарья Сергеевна всё сделает и вышлет мне на почту, а мы по пути распечатаем. Я как раз ищу место, куда нам предстоит заехать.
Мужчина хмурится, бросая взгляд на свои часы, но ничего не говорит.
— Нашла. Буквально через два квартала есть распечатка документов.
Но внезапно автомобиль перестраивается для разворота.
— А мы куда?
— Возвращаемся в компанию, Ада. Позвоните Дарье Сергеевне и скажите, чтобы прислала на рабочую почту секретаря Марка Константиновича, — произнёс водитель таким тоном, что я и возразить не посмела бы.
Марк Константинович — это и есть большой босс, насколько мне не изменяет память, и мне не очень нравится, что мне придётся исправлять нашу с сестрой оплошность, напрягая его помощницу. Вдруг на Дашкиной репутации это как-то отразится? Но делать нечего, мы быстро мчимся обратно в компанию. Звоню Дашке и передаю просьбу Тимофея, а вернее приказ (именно так это прозвучало), и уже через десять минут мы останавливаемся у входа в офисное здание.
— На какой мне этаж? — спрашиваю, отстёгиваясь.
Мужчина мне улыбается. Нужно запретить ему улыбаться женщинам на законодательном уровне!
— Я вас провожу.
Мы поднимаемся почти на самый верх. Одни в лифте, Тимофей Васильевич позади, я у двери. По моей спине разлетаются обжигающие импульсы от его пристального внимания. Я точно знаю, что он смотрит, чувствую! Причем смотрит так, будто оценивает. Эх, не испачкала бы я свой новенький плащ, чувствовала бы себя гораздо увереннее.