— А вторую ногу можно?..
Инстинктивно дёргаюсь, чтобы показать в камеру здоровую ногу, но вовремя понимаю, что это шутка, и укоризненно смотрю на него. Айяйяй, как не стыдно!
— Нет, да? Жаль, — деланно вздыхает и добавляет — И да, грудь ни разу не брил.
— Потому что нечего? — азартный фотограф снова взял в заложники серьёзную Симу.
Вместо ответа Тим стягивает футболку, откидывается на кресле и нагло улыбается в камеру. Знает, что хорош! Зрелище даже лучше, чем я представляла. Гладкая грудь, мягкий рельеф плеч, уверенный намёк на кубики, идеальные ключицы, татуировок нет. Понимая, что пялюсь больше, чем позволяют приличия, хотя о каких приличиях можно говорить в такой ситуации, снова заливаюсь краской и захлопываю ноутбук.
Вот же гад!
Вопреки собственной логике на следующий день я делаю вид, что никаких провокаций не было. Мои уши не торчали из ноута Лёхи, а Тим не устраивал стриптиз. Чисто рабочие отношения. Я призналась, что этот проект для меня испытательный, и что очень хочу получить работу мечты. Тим заверил, что провала не будет, “только не в его смену”, но поработать придётся.
Вторую неделю мы усиленно пашем каждый на своём поле. В видеосвязи почти нет необходимости, а когда всё же созваниваемся, то обычно видим только картинки из проекта, а не друг друга. Со мной лишь его глубокий голос, который всё чаще приобретает бархатные нотки. Слышу, как улыбается, когда доволен, и как хмурится, когда задумывается.
А ещё в папке “Мужская модельная съёмка” каждый вечер прибавляется несколько эскизов с обладателем этого голоса в главной роли. Кажется, я… увлеклась. Одноклассники из фотошколы стали выкладывать отчётные работы с парнями-моделями, я насмотрелась и теперь не могу остановиться — придумываю и зарисовываю сюжеты для серии фото. И типаж Тима идеально ложится в мою идею. Или идея подходит к типажу Тима. Разве важно?
Очень хочу его моделью, но предложить никогда не решусь. Даже представить не могу, как это сделать. “Тим, я выложила на сервер рабочие концепты, не побудешь моей моделью? Даже брить ничего не придётся…” Боже. Он решит, что я вообще творческая на всю голову, а у меня психологическая травма ещё с прошлого раза не зажила. Так что уговариваю себя сделать несколько набросков с другими моделями, но получается натужно и тухло. А когда голова отключается, рука сама выводит этот разворот плеч, шею, наклон головы… У него даже уши какие-то эстетичные. Тихо грущу.
Утром в выходной будит мелодия телефона, звонит мой глубокий низкий голос.
— Привет.
Я даже не сразу поняла, что это не продолжение сна. Прочищаю горло и здороваюсь в ответ. Какой-то он слишком бодрый для восьми утра субботы.