— Пупс, зачем мне корень, если на нём нет тебя? — Тут же парирует Платон.
— Хамло мгимошное! — Смеюсь и нахожу его губы.
— А ты просто самое красивое хамло! — Отвечает тут же обжигающим жадным поцелуем, лишающим напрочь меня остатков воздуха. И пока я стараюсь отдышаться, толкает меня на кровать. Его минуту назад ласковые глаза сейчас горят таким огнём, будто он намерен спалить всё до тла.
— Тошич, — ко мне подсаживается Даня, — буду краток. Я подслушал разговор Эльдара и Ники. Он её подбивает кинуть букет Полине. Так нечестно! Ника моя подруга, она согласилась, а теперь не может ослушаться мужа! У нас с Даной годовщина двадцатого. Вы вообще вместе благодаря мне, ты мне должен уступить!
Выпадаю от Даниной наглости. Я уже всё решил, хочу сделать предложение во время запуска фейерверков, это будет символично.
— Дань, у Полины весь июль тяжелый. Я хочу поставить точку в её переживаниях и перекрыть всё. У меня кольцо в кармане.
— Блядь! Буржуи, как с вами сложно договориться. Давай на цу-е-фа? До трёх побед? — Даня протягивает ко мне сжатый кулак. Его лицо горит азартом.
Он такой предсказуемый, будет легко. Киваю, он ухмыляется и ложно самоуверен.
— Раз, два, три…
На три мы выбрасываем руки. У него — камень. У меня — ножницы.
Второй раунд. Я снова выбрасываю ножницы. Он — бумагу.
На третий раз мы синхронно показываем камень. Ничья.
Четвёртый одновременно выкидываем ножницы. Пятый обоюдно — камни. На десятую ничью он бесится и обещает, что Ника, как его подруга, подтасует букет его девушке.
Он уходит, а я остаюсь с этой дурацкой, засевшей в голове игрой. «Цу-е-фа». Игра случая. Глупый спор. Но под этой вечной ничьёй копошится что-то другое.
Такт. Эльдар и Ника. Это их день. Их фейерверк. Финал их праздника и старт их долгого совместного пути. Я представляю их лица, лица родителей, наших друзей, гостей, если бы я это сделал. Не обиду даже. Скорее, лёгкое недоумение, а потом — вынужденную, вежливую радость. Их момент будет навсегда разбавлен моим. И это неправильно. Не тактично.
Но желание не гаснет. Оно, как и наша игра с Даней, заканчивается ничьей. Острое «хочу сейчас» бьётся о холодное «нельзя сегодня». И в этом противостоянии рождается третий, самый важный вывод: я хочу не просто красивого жеста. Я хочу, чтобы её уверенность во мне была максимальной, непоколебимой. Чтобы она не сомневалась ни секунды, что это решение — наше общее, а не импульс, навеянный чужим праздником, закатом над Комо и всеобщим давлением.
Но всё равно так хочется, чтобы лапуля поймала букет. Представляю её искреннюю улыбку, ямочки на щёчках и радость победы. Она ей нужна.