— Здорово ты разбираешься, — вздохнул Штефан, на лице у него явно отразилось огорчение, что не может он насладиться этой музыкой.
— В Англии свои тенденции. Там психоделика, прогрессив-рок. Они там пытаются сделать из рока что-то серьёзное. У Pink Floyd, King Crimson, Yes, Genesis тематические альбомы, объединённые одной идеей.
И, конечно, я рассказал о своих любимых «квинах», о глэм-роке, о том, какие они шикарные композиции создают, яркие, мощные, с элементами хард-рока и баллад. Пацаны слушали меня, просто раскрыв рот. А я нагло пользовался знаниями из будущего. Песен Sex Pistols и Ramones я практически не знал. Поэтому коснулся лишь вскользь панк-рока, который терпеть не мог.
— Олег, а у вас в стране есть рок-музыканты? — робко поинтересовался Ян. — У нас вот есть группы.
— Да, я кое-какие ваши группы знаю. «Карат», «Пудис». У нас в стране их тоже слушают. Но у нас официально рок исполнять нельзя. Поэтому все наши рок-группы выступают, как бы это сказать, тайно, по клубам. Техника у них слабая, в основном упор делают на тексты, не на музыку.
— А ты можешь что-то напеть из них? — вмешался второй гитарист, Герберт, смахивающий на сурового панка, с длинными волосами до плеч, небритой физиономией.
— Могу, конечно. Вернёмся, исполню вам чего-нибудь.
Подумал, что могу все песни «Машины» исполнить, и вдобавок Макара [4], который мне нравился, и как бард.
— А вот кроме рока у вас что слушают? — спросил Штефан.
— Ну, официально всякие ансамбли. Но я их не люблю. Почти не слушаю, — объяснил я.
Действительно, терпеть не мог официальную эстраду, ощущал в ней какую-то фальшь, лицемерие.
— У нас ещё бардовская песня есть. Скажем, Высоцкий.
— О! Высоцкого мы знаем, — выпалил Ян. — Крутой мужик. Я на концерте его был. Такой весь маленький, невзрачный, а поёт мощно.
Я взглянул на Яна с благодарностью. Представить не мог, что в ГДР найду единомышленника.
Официант тем временем принёс нам десерт — здоровенную корзинку с крендельками, булочками, пончиками. И все это погрузило в такой аромат, что какое-то время я даже говорить не мог, только уминал эту вкуснятину.
— А вы после обеда с Дином Ридом будете репетировать? — я вдруг вспомнил, что во втором акте будет выступать «красный ковбой».
Штефан допил вторую кружку пива, с глухим звоном поставил на стол, вытер «усы» под носом. Чуть наклонившись ко мне, тихо произнёс:
— Да этот «ковбой» свои три аккорда знает, и будет под них горланить. А мы так, как массовка, чего-нибудь изобразим.
И я понял, что Дина Рида недолюбливают не только в Союзе, но и здесь, в ГДР, где он кумир номер один.