И я тут же яростно дёргая струны, стал петь свою любимую, зажигательную песню, которую сочинил Фредди «Штучка, которую зовут любовь».
This thing called love
I just can’t handle it
This thing called love
I must get ’round to it, I ain’t ready
Текст песни был, конечно, чересчур фривольный, я понимал это. Но поскольку его пропустил худсовет ГДР, я решил ее исполнить.
— Ну ты, крутой парень, — Стефан похлопал меня по плечу. — Извини, что не разобрались сразу. Мы тебе поможем.
Он подошёл к синтезатору, куда я положил клавир. Взял, пролистал. Потом вернулся к своим парням и начал что-то объяснять, тыкая в каждую страницу и изображая жестами, что и где надо играть.
И началась уже настоящая репетиция, такая, как я себе представлял. Хотя времени для того, чтобы спеться было совсем мало, но Стефан, как оказалось, ещё и солист и смог мне даже подпеть бэк-вокалом в паре мест. И когда я показал ему большой палец, он так радостно ухмыльнулся, словно эта похвала много стоило для него.
Мы так здорово сыгрались, что ребята меня уже считали за своего. И когда пришло время обеда, Штефан пригласил меня пообедать с ними. Я думал, что мы опять окажемся в том огромном ресторане, где мы обедали с Брутцером, но Штефан уверенно отвёл всю нашу ораву на третий этаж, через просторное фойе мы добрались до эскалатора, а оттуда поднялись в маленький кафетерий. И меня очень порадовало название: «Эспрессо бар».
Около длинной стены с панорамными окнами стояли квадратные столики, стулья с бежевыми кожаными сидениями и спинкой. А в конце стойка с баристой и кофемашиной.
Здесь не только подали нам вполне приличные блюда, но и отличный кофе. Штефан заказал ещё пиво, выставил передо мной здоровенную кружку. Поднял свою, и произнёс короткий тост:
— За дружбу между немцами и русскими!
Мы с ним чокнулись кружками с глухим звоном, Штефан быстро отпил половину, а потом спросил:
— Ну что, Олег, а что сейчас вообще в вашей стране любят? Какую музыку?
А я вспомнил барыгу, у которого купил кулон для Марины, и то, что слушали ребята в его гостиной под цветомузыку. И вновь защемило сердце от тоски. Все сильнее и сильнее мучился от расставания с ней.
Но взяв себя в руки, я стал рассказывать, что у нас слушают все то, что и во всем мире. Винил везут из-за кордона, переписывают на бобины. Расцвет хард-рока, новый стиль появился — хэви-метал. Led Zeppelin, Deep Purple и Black Sabbath. Используют тяжёлые гитарные рифы, мощный крутой звук.
— Хэви-метал? — переспросил Штефан. — А это кто конкретно?
— Black Sabbath. Мрачные тексты, особая атмосфера. Их музыка колоссальное влияние оказала. Появилась такая разновидность стиля, как дум-метал.