— Все системы в норме, давление стабильное, повреждений нет! — сообщил бортмеханик.
Напряжение росло с каждым глухим ударом по корпусу. Их не отличить от осколочных попаданий, поэтому остаётся уповать на то, что им сейчас не режет крылья…
— Попадание по левому ведомому! — сообщил стрелок левой бортовой турели. — Дымится, но держится!
— Штурман, доклад по курсу и время подлёта! — нервным голосом скомандовал майор Волков.
— Держим 281, скоро поворот на цель, до точки сброса — 10 минут! — ответил Теодоряну.
А после его слов небо вдруг резко затихло. Егор услышал гул двигателей своего бомбардировщика — это значит, что ПВО свою часть выполнила.
— Это Стрела-4! Контакт! — раздалось из динамика. — Восемь целей, заходят с северо-запада! Предположительно — Мессеры! Идём на перехват!
— Всей эскадрилье — сохранять строй! — скомандовал майор Волков. — Время до точки сброса⁈
— Пять минут! — ответил штурман.
— Стрелки, держите секторы! Если появятся «худые» — не давайте им выйти в хвост! — приказал командир экипажа.
Мессершмитты прозвали «худыми» за узкий и компактный фюзеляж, что отличало его от «упитанного» И-7, который немцы прозвали, если верить фронтовым слухам, «кабаном».
— Стрелы приняли бой! — сообщил радист. — Восемь «худых» отвлекают, ещё восемь идут прямо на вторую эскадрилью!
— Минута до точки сброса! — предупредил штурман.
— Передаю управление бомбардиру! — ответил майор Волков. — Давай, Егор, жги!
Богомолов принял управление, скорректировал курс и сообщил:
— Ориентир взят! Бомболюк открыт!
— Стрела-2 подбит! — донеслось до него из динамика.
— Высота 10 500, скорость 280, угол 12 градусов, цель в перекрестье! — выкрикнул Егор. — Сброс!
— Немцы жмут! — сообщил кормовой стрелок за 30-миллиметровой автопушкой. — Один в хвосте, второй заходит снизу!
Картина боя менялась динамично — через носовой фонарь Егор видел пролетающие мимо трассеры, разорванную обшивку, падающую на теперь уже не спящие пригороды Берлина.
Сразу после сброса, Егор немедленно передал самолёт командиру экипажа:
— Самолёт ваш, товарищ майор!
— Штурман, курс! — приказал майор Волков.
— Курс 102, держим до выхода из сектора, после уходим на 85! — ответил лейтенант Теодоряну.
— Принял! Манёвр уклонения, готовьтесь! — ответил командир экипажа.
— Вижу детонацию! — выкрикнул кормовой стрелок. — Горят, сукины дети, ха-ха!!!
— «Стрела-4» докладывает — три сбитых, но у нас потери! — сообщил командир прикрытия. — Стрела-2 горит, лётчик прыгнул! Наблюдаем новых «худых»!
— «Клин-2» подбит! — сообщил левый бортовой стрелок. — Наблюдаю резкий крен вправо! Носовая часть разбита — самолёт горит! Два парашюта!