– Ла-да, – вздыхаю тяжело.
Она резко отворачивается и всхлипывает. Крутит головой неверяще.
– Не понимаю, – шепчет. – Почему?
У меня есть конкретный ответ на этот вопрос, который заключается в одном лишь имени, но я не собираюсь её унижать. Ведь унижает не само наличие сильных чувств на стороне у того, кто тебя бросает…
Унижает совсем другое. То, с какой лёгкостью человек швыряет эту информацию тебе в лицо.
Снова озираюсь по сторонам. В павильоне практически пусто. Только несколько человек, устанавливающих свет, на площадке с интересом поглядывают.
– Лада…
Подступаю ближе и размещаю ладони на узких плечиках, она замирает. Обхватывает мои пальцы и тянет их на себя, заставляет приобнять. В нос проникает привычный шлейф туалетной воды.
– Почему? – переспрашивает она. – Я ведь была для тебя идеальной. Старалась.
– Я знаю, – хриплю.
– Что не так? Из-за моей истерики в субботу? – поворачивает голову и доверчиво смотрит. – Хочешь, я перед ней извинюсь. Перед тобой. Больше никогда не услышишь от меня такого.
– Не надо, – останавливаю. – Дело во мне. Не в тебе.
– Это всё хрень собачья, – отпихивает она мои руки брезгливо. – Не надо мне рассказывать. Я не малолетка.
Утирает досадные слёзы, встряхивает бигуди и отходит к зеркалу, чтобы поправить патчи.
– Как мне теперь сниматься, Громов? – недовольно на меня смотрит. – Ты подождать не мог?
– Нет.
Вернее, я мог…
Но есть одна вредная девчонка, которой не терпится. И Демидов, постоянно маячащий на горизонте.
– Это из-за неё, да? Вожжа тебе под хвост попала?
– Из-за меня, – упрямо стою на своём.
– Ты… ведь пожалеешь, – бледное лицо принимает злую маску. – Она не будет как я…
Кружит глазами по моему телу, останавливая взгляд в зоне паха.
– Как ты? — усмехаюсь.
– Да, как я, – отвечает она самодовольно. Кажется, успокаивается. – Забудешь, что такое классный секс и всё равно вернёшься, любимый.
– Не будет такого, – заверяю. — Выбрось эту фигню из головы, — жёстко добавляю.
Просто… она не понимает степени моей решимости. И никто не поймёт.
Дело ведь не в сексе.
Я просто хочу видеть одну вредину…Видеть рядом с собой каждый день своей жизни. Я… задолбался бороться сам с собой.
Вот и всё.
С долей иронией наблюдаю, как Лада изгибается всем телом.
– Посмотрим-посмотрим, – улыбается она, придвигается и стирает несуществующие крошки с моего плеча…
Глава 33. Мирон и Горный Хрусталь…
Обратный вылет задерживается.
Как идиот брожу вдоль витрин в «Шереметьево» и пытаюсь дозвониться до Карамелины. Что-то мне подсказывает, что я опять удостоен чести побывать в её чёрном списке.