В дверь кабинета испугано постучал секретарь. — Господин капитан-исправник, к вам желает срочно пройти его сиятельство князь Ланин. Сказал, что пристрелит меня, если немедленно не доложу о визите.
Полицейский выпрямился. Недовольно скукожился. Как таракан пошевелил большими усами. Выдавил сквозь зубы. — Пропусти.
— Mignon Kirill Vasilyevich, quels destins? (Милейший Кирилл Васильевич, какими судьбами? Франц.) — чиновник привстал, с трудом выдавил из своего лица что-то похожее на улыбку.
— Cher Fiodor Dmitrievich, j’ai une affaire trеs sеrieuse pour vous, alors nous parlerons en russe. (Дорогой Федор Дмитриевич, у меня к вам очень серьёзное дело, поэтому будем говорить по-русски. Франц.).
— Конечно, конечно, по-русски. Слушаю. Весь во внимании.
Гость прошёл к столу, бесцеремонно сел, развалился в кресле. Закинул ногу на ногу. — Вы наверное в курсе, что купец второй гильдии Александер Леевин оформил дарственную на дом бывшей купчихи Рощиной на меня? А я решил открыть в нём театр? И давать спектакли для всех жителей города?
— Да, уважаемый князь. Что-то такое слышал.
Посетитель довольно потёр ладони. — Причём, в вечернее время будут идти спектакли для взрослых, а в дневное — для малолетних отроков.
— Очень хорошая идея, господин Ланин.
— Но, вот в чём неприятность, — князь значимо поднял указательный палец. — Центр города! Театрализованное представление! У людей праздник! А в доме на против — целых три питейных заведения. Вдоль по улице — ещё несколько. Люди будут идти на спектакль, опрятно одетые, с соответствующим настроением, а навстречу — пьяные, грязные, дурно воспитанные прохожие. Как-то не хорошо получается. Надо бы вам, господин главный полицейский Коломны! проявить свои полномочия. И убрать их с центральной улицы. И с параллельных желательно тоже.
— Кого убрать? — не поняли желания гостя
— Питейные заведения, — расшифровал Ланин.
Чиновник нахмурился. Вжался в кресло. — Уважаемый Кирилл Васильевич, позвольте? Как же я их уберу. У них с разрешениями, документами, бумагами — всё нормально. Они вносят деньги в казну города. Содержат их уважаемые люди. Да и когда открывались, ни о каком театре не было речи.
Вселенец глубоко вздохнул. Поёрзал в кресле. Побарабанил пальцами по столу. — Может, все-таки, как-то можно решить вопрос и перенести куда-нибудь за город? Открыть на их месте какие-нибудь Чайные, Конфетные или Детские лавки. А неустойку я оплачу.
— К сожалению, Кирилл Васильевич, никак-с.
Вселенец мстительно прищурился. — Значит, не договоримся?