— А пойдем, чего ж не пойти. Раз уж пришли, то пойдем.
За час мы осмотрели много полян. Лунный цветок не любит деревья, ему надо расти под облаками. Странно, но как есть. Но мы так ничего и не нашли, разве что в нескольких местах так же были следы копыт и стебли с рваными краями.
— Не переживай, Рейн. Корешки остались, это главное. Значит, еще вырастут, надо только подождать.
— Да, ты совершенно прав. Надо просто подождать. Пойдем в деревню.
— Эт правильно, — хлопнул он меня по плечу. — Не унывай, Рейн.
— Не буду. Уж поверь, унывать не в моих привычках.
Обратно я возвращался в глубокой задумчивости. Разумеется, что вот так внезапно на цветы позарился лось ровно в тот день, когда я их нашел… Ну если это совпадение, значит, так Логос тонко намекает, что мне в этом мире больше не рады.
К тому же я прошелся вокруг, и если верить Мазаю, то получается, лось аккуратно прокрался на поляну, наелся цветов и уже тут начал следить. А может, это волшебный телепортирующийся лось? А что, удобно. Захотел пожрать — прыгнул на нужную поляну, а затем обратно так же ушел телепортом. Потрясающий лось.
Получается, кто-то в деревне очень не хочет, чтобы я исцелился. Хотят уговорить, чтобы я остался? Мазай, Вешка, другие жители. Понятно, что я для них как диковинная зверушка. Вот и хочется, чтобы игрушка играла как можно дольше. Только вот мне от этого не легче.
Пришли в трапезную, позавтракали в тишине, хотя мне кусок в горло не лез. После чего я в очередной раз прошелся по деревне и вернулся в дом Вешки. Девушка, как я выяснил, ухаживает за полем Горицвета на верху холма, и в деревне это считается очень почетной работой.
Потому что из Горицвета делают целебные снадобья, в том числе и для меня, добавляют в еду для остроты и, самое главное, гонят брагу. Так что в каком-то смысле это главный ресурс деревни. Все остальное можно добыть, а Горицвет растет только в одном месте.
Так что я был уверен, что дома никого не встречу. Однако на лавке у входа сидел парень, чуть старше меня, но куда плечистее. Подойдя ближе, я узнал того самого охотника, который сверлил меня взглядом при каждой встрече.
— Рейн, — произнес он без всякой симпатии.
— Давид, если не ошибаюсь, — кивнул я в ответ. — Вешки нет дома, она на холме работает.
— Знаю, я пришел к тебе, — парень встал и приблизился, отчего я напрягся. — Вешка у нас девочка молодая и наивная. И, как любая молодая баба, любит красивые истории слушать.
— Спасибо за столь глубокомысленное просвещение, о котором я не просил.
— Слушай, парень. Языком чесать ты горазд, это вся деревня знает. Но ты ведь скоро уйдешь. Уйдешь навсегда. А ей здесь жить.