У того, кто смотрел на него сейчас из зеркала, были гораздо грубее и резче черты, в них
проглядывало нечто хищное. И вообще, он просто до неприличия был похож на своего далекого
предка. Того самого, с которым и была связана родовая тайна.
Дамиан отцепил булавку и потряс ее в ладони. Получалось, артефакт не просто менял
внешность, он еще и открывал внутреннюю сущность.
Вопросов стало больше.
Он спрятал булавку в сейф, вышел из своих покоев потайным коридором и направился в
служебное крыло. По пути в голову лезли разнообразные мысли, например, что Хелену Лейси
(если уж он намерен легализовать третью внучку маркиза полностью) придется открыто поселить
во дворце. От этого здорово пригорало в груди, он хотел бы оставить ее только для себя,
чтобы… На этом мысль стопорилась и делала петлю.
Однако он пришел. Перед ним была дверь ее комнаты. Дамиан постучал и вошел.
И невольно замер, а рука потянулась ослабить шейный платок.
А как еще было реагировать?
Девушка склонилась над столом спиной к нему. Этот невероятный контраст между тоненькой
талией и… И тем что ниже. Дамиан раньше как-то не замечал, что это может оказывать на
мужчину такое убойное действие. В первый момент даже было инстинктивное желание проверить на
ощупь.
Еще эта хитрая подсветка. Ее забранные в высокую прическу волосы открывали затылок и нежные
плечи. Теперь ему стало казаться, что она светится изнутри, а в голове мелькнуло — фея?
Потом до императора стало доходить, что он вообще-то вошел, а к нему продолжают стоять
спиной. А эта девица еще, не оборачиваясь, откликнулась:
— Одну минуту, я сейчас, Хейверс.
Так звали дежурного офицера, который был приставлен к ней для охраны и наблюдения. Со
строгим условием: никаких контактов. Значит, и его уже очаровать успела?
Дамиан отмер и, тяжело впечатывая шаги в пол, двинулся в комнату. И тут она соизволила
обернуться и уставилась на него своими голубыми кошачьими глазами.
— О, мессир?
Присела в книксене, а он наконец смог разглядеть, что она делала. Бросил:
— Да, это всего лишь я, мисс Лейси. Не ожидали меня увидеть?
Подошел и сел за стол.
— Отчего же, мессир? — она присела глубже, так что его взгляд невольно уперся в ее довольно
смелое декольте.
Потом выпрямилась и поставила перед ним то, что держала в руках, — высокий, причудливо
ограненный хрустальный бокал. Он смерил ее взглядом и осведомился:
— Собирались меня отравить или подлить приворотное зелье? — выдержал паузу и добавил: —
Можете не трудиться, на меня приворотные зелья не действуют.
Это была чистейшая правда, приворотные зелья на него не действовали (побочный эффект тайны
рода), правда, упоминал он об этом впервые. Зачем? Возможно, ему хотелось увидеть, как
отреагирует его личный секретарь.
Девушка покраснела, голубые глаза на миг полыхнули зеленью, а на губах обозначилась улыбка.