— Присаживайся, дядя, — Дамиан показал ему на кресло.
Тот присел и уставился на него глазками-бусинками. Дамиан некоторое время смотрел на свои
скрещенные пальцы, потом спросил:
— Дядя, ты ничего странного не заметил за, кхм… Ливией Морелли?
— За нашей девочкой? — дядя чуть не вывалился из кресла, потом всплеснул руками, расселся
удобнее и выдал: — Ничего. Кроме того, что она просто очаровательна.
Дамиан понял, что все равно ничего больше от старого интригана не добьется. Сказал только:
— Завтра ты со своей внучкой снова отправляешься наносить визиты.
— Да! Да, и еще раз да!
— Но не вздумай снова выдавать ее замуж. И будь предельно внимателен.
— Конечно, — старикан выпятил грудь и тут же добавил: — Кстати, племянник, ты не считаешь
нужным в ближайшие дни устроить бал?
До открытия сезона? Дамиан задумался. Можно было даже устроить неделю балов и прочих
развлечений. Собрать всех заговорщиков вместе было не такой уж плохой идеей. Но главное —
заманить во дворец Фейтона.
Он обронил:
— Посмотрим. Можешь быть свободен, дядя.
— Так я могу вы… — сразу же оживился маркиз.
— Нет, — процедил Дамиан. — Проведешь вечер в своих комнатах. И запомни: никакого
спиртного, на ужин шпинат и брокколи. Ты мне нужен живым и здоровым.
— Сам ешь на ужин брокколи, — обиженно буркнул маркиз.
С достоинством встал и церемонно поклонился.
— Позвольте удалиться, Ваше Величество.
Некоторое время Дамиан еще сидел за столом. Потом не выдержал, встал и вышел в приемную.
Ожидающие аудиенции, естественно, сразу рванулись к нему, но император оглядел толпу,
принципиально игнорируя двух махавших ему ручками любовниц, и холодно произнес:
— Все вопросы переносятся на завтра.
И молча прошел через приемную.
Эта проблема была решена. Теперь император мог сменить костюм. И наконец отправиться
ужинать со своим личным секретарем.
***
Но ужин предстоял неофициальный, это придавало всему пикантности.
Готовился Дамиан основательно и весьма придирчиво отбирал сюртук. Примерил темно-зеленый,
потом болотный, в конце концов, остановился на глубоком синем. Мягкий бархат, чуть-чуть
серебряного шитья.
Он придирчиво рассматривал себя в зеркале и вдруг вспомнил про артефакт, что дал ему
Бойден. В этом исполнении артефакт выглядел как мужская булавка. Дамиан хмыкнул и закрепил
ее на лацкан.
И тут же выругался.