Я снова смерил взглядом это село, если его так можно было назвать. Видно было пять домов с большими участками. Причем, я не удивлюсь, если за эти участки никто не платил, а их просто заняли самовольно, засадили.
С другой стороны… Кто вообще мог поселиться в этих горах, так далеко от цивилизации? Да, дорога имеется, ну и что? Я сомневаюсь, что здесь хотя бы один магазин есть. Как продукты доставлять? Ни один экспедитор в здравом уме сюда не поедет, а если и решит сделать это, то компания заломит несусветную цену доставки.
Нет, может быть, какой-нибудь предприимчивый житель и ездил бы на своей машине до ближайшего оптового магазина, чтобы потом торговать макаронами и тушенкой. Да и все.
— Шон, идем со мной, — проговорил я на английском. — Посмотрим, что там.
Негр только кивнул, и мы ускорились, оставляя позади остальных. И чем сильнее мы приближались, тем больше я удостоверился во мнении, что тут действительно никто не живет. Причем, дело не в эпидемии, и не в войне даже, скорее всего.
В селе, если его вообще можно было так назвать, был всего десяток домов. И большинство в аварийном состоянии. Даже не избы — мазанки какие-то, иначе и не скажешь. Более-менее прилично выглядел единственный дом, построенный из пенобетонных блоков, никак не отделанных, даже не оштукатуренных. И вот, это был единственный дом с пластиковыми окнами, но они покрылись таким слоем пыли, что с первого взгляда стало ясно, что в нем никто не живет.
Улицы даже улицами назвать нельзя было. Асфальта не было вообще — просто грунтовка. Да даже не грунтовка — по ней так давно никто не ездил, что она снова травой заросла. Просто по колее видно, что когда-то тут была дорога, и все.
— Черт, — проговорил негр. — Я был один раз в небольшом городке, называется Лос-Ибанес. Это в Техасе. Вот, я что-то такое же там видел.
— Да? — спросил я. — И что, там тоже такие дома были?
— Нет, — он поморщился. — Трейлеры. Просто трейлеры. Мы проезжали мимо и решили заглянуть, интересно же пошариться, посмотреть. Не мародерствовать, а…
— Да я тебя понимаю, — кивнул я. — Я в детстве тоже по заброшкам лазал. Да и большинство подростков в России, думаю, тоже. И что, как посмотрели?
— Никак, — буркнул он. — Нас прогнал какой-то старик с «девятнадцать одиннадцатым». Мы с ним не пообщались, загрузились в тачку и уехали, но он, похоже, там действительно жил.
— Отшельник, — кивнул я. — А тут, похоже, никого нет. Вообще никого.
— Если и есть, то там, — Шон кивнул на дом из пенобетона. — В других точно жить невозможно. Страшно как-то идти, сейчас влупят из окна из дробовика какого-нибудь.