Вопрос только в том, кто стрелял. Я поднес гильзу к носу, принюхался и почувствовал отчетливый запах сгоревшего пороха.
— Один день, может быть, два, не больше, — ответил я, отбрасывая пустую пластиковую оболочку в сторону. — Люди тут все-таки были. Значит, что-то случилось.
— Вопрос только в том, что именно, — сказал Шон.
— Думаю, никого живого мы тут уже не увидим, — сказал Палыч. — Похоже, что напали. Вы сюда точно не заявлялись до этого?
— Шутишь что ли? — я хмыкнул.
— Ну да, — он вдруг усмехнулся в бороду. — Если бы это вы были бы, то здесь везде автоматные гильзы валялись бы, лужи крови, ну и как минимум один из домов ты бы взорвал.
— Ага, — кивнул я. Понятно. Раззвиздели уже, не могли язык за зубами держать.
Хотя, если уж совсем честно, то еще одна модифицированная противотанковая сейчас была у меня в рюкзаке. Как серьезный аргумент на критический случай. Ну а что, если эта тема сработала, то почему бы и не воспользоваться ей еще раз? Тем более, что это действительно неожиданная штука.
— Пошли дальше, — проговорил Шон. — Идемте.
Мы двинулись по улице вглубь деревни. По карте она была больше всего похожа на осьминога, разве что ног у него было не восемь, а всего пять. Она еще и будто бы расползалась вдоль лесного массива, так что посмотреть все будет не так уж и просто.
Но живых тут нет. Определенно нет. В самой деревне. Однако это не отменяет того, что кто-нибудь может все равно ждать нас. Или не нас…
Метров через сорок я увидел еще одну лужу крови, но на этот раз гораздо больше — будто тут убили минимум двоих или троих человек. Чуть в стороне трава оказалась примята, причем так, будто туда упало что-то массивное. Например, человеческое тело.
— Сегодня, — проговорил я. — Утром или днем, черт его знает. Если бы вчера, то когда роса выпала бы, трава бы поднялась.
— А трупов нет, — сказал Баст. — Уволокли куда-то.
— Смотрите, еще гильзы, — показала Бренна. — Вон, валяются.
Я подошел ближе, наклонился и хмыкнул. Гильзы серые, практически черные. И я даже знал, что это именно — триста шестьдесят шестой. Который вроде бы гладкоствол, но не совсем. Патрон охотничий.
— Из карабина стреляли, — проговорил я на русском, обратившись к старику. — Под триста шестьдесят шестой. Видел уже такие штуки. Редкость редкая.
— Ага, — кивнул вдруг Палыч. — У меня такой был. Болтовка легкая, «Горностай» называется.
— Может быть и из нее, но больно уж вблизи. Скорее всего, из карабина какого-нибудь на базе Калашникова. Ладно, идем дальше, смотрим.
Мы повернули, и я увидел в центре развилки большое высокое дерево. И обомлел. Не из-за красоты, и не потому что мне вдруг захотелось поговорить с дубом, причина была в другом. Хотя определенная красота в этой картине, наверное была.