Я хмыкнул и выпустил Пустоту, уничтожая молекулы яда в бокале, но не трогая само шампанское. Яд перестал существовать, а я спокойно сделал глоток. Вкус ни капельки не изменился.
«Шёпот! Быстро оглядись. Кто на меня сейчас смотрит?» — мысленно скомандовал я, не меняя расслабленной позы.
Дух мгновенно встрепенулся, вылетел наружу и сделал круг по залу.
«Многие смотрят, хозяин! Тот толстяк, который к тебе подходил, ещё несколько красоток… А вон тот, в тёмно-синем фраке, вообще глаз не сводит. Стоит у колонны. И лыбится ещё!» — радостно отрапортовал мой невидимый питомец.
Я выждал пару секунд, а затем неспешно повернул голову.
Человеком в тёмно-синем фраке оказался граф Вяземский. Он стоял у колонны в противоположном конце зала. Как только наши взгляды пересеклись, едва заметная улыбка исчезла с его лица, уступив место безупречной маске вежливой благожелательности. Дипломат приветственно приподнял бокал в мою сторону.
Пазл в голове сложился моментально.
Мамонтов пытался меня шантажировать, но после того, как я прижал его к ногтю, он до одури боится сделать лишний шаг. Отравить меня на собственном приёме, где он отвечает за безопасность каждого гостя? Марк Андреевич туповат, но явно не настолько.
А вот Вяземский… С его позиции это отличный ход. Если бы я опозорился и тоже был достаточно глуп, вся моя ярость обрушилась бы на хозяина вечера. Игорь Николаевич, в отличие от Мамонтова, прекрасно понимает, что со мной лучше дружить — именно поэтому с самого начала попытался купить и сделал это достаточно изящно. А уничтожить Мамонтова моими руками — прекрасный способ избавиться от конкурента.
Красиво, признаю. Но не сработало.
Я направился прямиком к Вяземскому, кивая по дороге знакомым дворянам.
Приближаясь, я внимательно сканировал ауру дипломата. Вяземский превосходно владел собой. Ни единого всплеска страха, лишь отголоски недоумения в его ментальном фоне — он явно не понимал, почему я до сих пор стою на ногах и не блюю на дорогие ковры.
— Граф Вяземский, — я остановился в шаге от него и слегка кивнул. — Рад видеть вас в добром здравии.
— Взаимно, Юрий Дмитриевич!
— Как вы себя чувствуете? Простите, что задаю такой вопрос — вас, случаем, не тошнит? — поинтересовался я, глядя Вяземскому в глаза.
Ни один мускул не дрогнул на его лице. Только брови приподнялись в искусно сыгранном удивлении.
— Нет. Насколько мне показалось, вся еда здесь высшего качества. А что, вы плохо себя чувствуете? — спросил граф.
Я картинно сделал глоток из бокала и помотал головой.
— Со мной всё чудесно. Представляете, один мой знакомый выпил шампанского и его почти сразу стошнило.