— Сама ты пьянь!
— Чего сказала? — молодая цыганка дёрнулась ко мне, но старая её тормознула:
— Остынь, Зара! Она не пьяная. Это старшина её приложил. Его почерк. Он любит женщин бить. Ладонь у него крепкая. Одна пощёчина и на полчаса отключает.
Обращаясь ко мне, она даже как-то ласково так сказала:
— Вставай, милая! Пол грязный.
— Мне уже всё равно. — отвечаю я, но с пола поднимаюсь. — давно я здесь?
— Нет. Минут пять, как притащили и на пол бросили. Говорят, ты кого-то ножом пырнула?
— Врут.
— А чего тогда вся в крови? Лицо руки и, в общем, всё остальное.
— Ножом моего друга пырнули. Какие-то чеченцы или аварцы. Я не разобрала.
— Да кто их разберёт. А друг твой где?
— Не знаю. Я ему рану в животе руками зажимала, чтобы кровь остановить. А меня этот старшина… Ладошкой…
— Ясно. Теперь на тебя всех собак повесят. Куда друга ранили?
— Вот сюда…
— Эй! На себе не показывай! Примета плохая! В печень… Это плохо. Может умереть. У тебя-то всё цело? Тебя не задели ножом?
— Нет. Только лицо горит и ухо. Это тот мент приложил…
— А мне он руку сломал, пока сюда тащил. — вступила в разговор ещё одна цыганка.
— Может вывих? — спросила её самая старшая.
— Нет. Он дверью мне руку так прищемил, аж кости хрустнули. Я тогда почти сознание потеряла от боли. А сейчас вон как рука, распухла.
— Дай посмотрю! — почему-то проявил я инициативу.
— Ты доктор?
— Фельдшер. — отмахнулся я.
Рука действительно отекла и выглядела очень плохо. Но было видно невооружённым глазом, что рука в районе предплечья получила лишний изгиб. Лучевая, а возможно и локтевая кости были сломаны.
Я постарался напрячь зрение, чтобы увидеть повреждение руки, как не рентгене… И у меня получилось…
Есть перелом… И не один… Присутствовало и смещение… Если вовремя не оказать медицинскую помощь, то возможны нехорошие последствия.
— Если не лечить, причём срочно, то возможно рука не сможет потом восстановиться. Так и останется кривой…
— А ты сможешь ей помочь? — спросила меня старшая, пристально глядя мне в глаза.
— Не знаю, но могу попробовать. Хуже точно не сделаю.
— Тогда лечи! И пусть бог тебе поможет!
— Как тебя зовут? — спросил я свою «пациентку».
— Лала.
— Красивое имя.
— Тюльпан означает.
— Ты готова мне довериться.
— Если ты поможешь, то да.
— Тогда смотри мне в глаза! — я стрельнул зелёным в глаза цыганке и сказал: — Спи!
Я до конца не верил, прекрасно зная, что цыгане и сами сильные менталисты и гипнотизёры. Но оказалось, что усыпить Лалу мне удалось даже без особых усилий! А я тем временем обхватил больную руку и стал посылать организму цыганки приказы на восстановление.