— Решётка была. — услышал спереди голос Сиртата.
— Можешь уже не отвечать. — кинул Виктору.
— Блин, а так хотелось. — съязвил пришелец с Земли.
— За имущество казна гномов платить будет? — проговорил я, когда вылез и указал на металлическую конструкцию, посмотрел на бородача.
Тот сверкнул на меня недобрым взглядом.
Подбодрить никого не удалось, мы были все грязные, уставшие и злые. Честно, иногда так грустно, когда мои потуги никто не замечает. Я же с добрых побуждений, зачем запоминать только неприятное? Вот лучше «шутейки», от короля-регента помнить, чем длиннющий поход ползком, по сточным водам.
Проход привел нас к одному из коридоров, известной мне, темницы. Как я это понял? Да тут сразу в глаза бросались непонятные тупиковые проходы. Руку мастера видно из далека, так скжем.
— Туда. — кивнула в сторону принцесса.
— Уверена? — С подозрением посмотрел в ничем непримечательное направление. Кто знает, может везучая?
— Угу.- кивнула девушка и первая пошла, по указанному курсу.
— Ваше величество? — послышался неуверенный голос со стороны одной из камер.
— Что? Ваше величество? — недоумённо послышался ещё один голос.
— Где? — количество знакомых голосов возрастало, что заставляло всё внутри радостно сжаться.
Не знаю, как принцесса договорилась с богиней удачи, но направление явно было выбрано правильно. За решёткой я увидел Мониспульто, вместе с Или, двумя гномами и Мастером.
— Вы не поверите как я рад вас видеть. –широко улыбнулся знакомым. — Успел соскучиться.
— Нам сказали, что вы и принцесса, вместе с королём эльфов и гномов погибли. — вкрадчиво проговаривал Мони.
— И ты поверив в эти бредни сумасшедшего? Думаешь нас так легко убить? — укоризненно посмотрел на собеседника.
Видок у всех был, мягко говоря, не очень. Если Или и Мониспульто ещё более-менее нормальные, хотя и с потрёпанной и разорванной одеждой, да и взгляд у девушки какой-то тусклый, то два представителя горного народа, вместе с эльфом, совсем плохи. Били их знатно, с любовью, поэтому по полностью залитому синяками лицу трудно определить улыбается гном или злится, или хотя бы дышит еще… Но раз язык ворочается — значит ещё дышат, хорошая новость.
— Где остальные? — быстро бросал взгляды на ближайшие камеры.
— Надо поспешить. — взволновано проговорил Мониспульто, указывая на дверь камеры, но при этом почему-то отвёл от меня взгялд. — Совет, почти единогласно, принял нового короля, после захвата столицы. Ваш друг отказался подчиняться новому правителю, за что его приговорили к казни, вместе с Растукониэлем, который до конца боролся, пока силы не закончились.