— Добрый день, товарищи лётчики! — поздоровался со всеми комиссар Степанов и приступил к вступительному слову.
В его речи были слова благодарности нам всем за службу, пожелания всем скорейшего выздоровления и призывы бить сильнее фашистов.
— Народ, партия и весь мир сейчас с нами. Мы не можем их подвести. «Коричневая чума», «коричневая гадина», поглотившая Европу, должна быть повержена! — громко произнёс Степанов, и все, кто мог зааплодировали.
Даже собравшиеся работницы библиотеки вышли, чтобы поприсутствовать на этом мероприятии. Я обернулся и увидел, что и несколько медсестёр стоят на входе в зал и ждут награждения.
Но на этом товарищ корпусной комиссар не закончил ещё.
— Да, сейчас тяжело и наша страна несёт потери. Но посмотрите друг на друга. В глаза мне, в глаза генералу, политруку… Посмотрите своему товарищу. Мы все вместе. И ваш товарищ рядом. Он с вами в одном строю и готов к битве за наше будущее. Он готов пойти на смертный бой с фашистской нечестью. И он готов пройти этот путь с вами. До конца! До победы! До нашей победы! Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами! — закончил свою речь Степанов и аплодисменты раздались ещё более громкие.
Тут комментарии излишни. После таких речей и правда есть ощущение духовного подъёма. Хотя, против фашистских «утырков» настраивать нет смысла. Все и так готовы идти до конца.
Как только аплодисменты утихли, за трибуну вышел старший политрук и приготовился зачитывать приказ о награждении. Астахов и Степанов встали в центре зала и уже взяли от второго адъютанта коробочку с наградой и орденскую книжку.
— Указ Президиума Верховного Совета СССР о награждении орденами Советского Союза начальствующего и рядового состава Красной Армии. За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с германским фашизмом и проявленные при этом доблесть и мужество, наградить орденом Красной Звезды лейтенанта Михайлова Андрея Николаевича, — громко произнёс адъютант.
Я выдержал секундную паузу, чтобы поправить воротник своего больничного одеяния. Генерал Астахов уже открыл коробку с орденом, а военный комиссар Степанов улыбался и высматривал, кому же сейчас будут вручать награду.
— Я! — произнёс и поднялся я на ноги.
— Кхм! Кхм! — закашлял Степанов, увидев, кому они будут вручать орден.
Причём из тех наград, которые лежали на подносе, выше чем ордена Красной Звезды не было.
Я вышел на середину, подошёл к генералу и доложил о прибытии. Корпусной комиссар к этому времени уже взял поздравительный адрес, чтобы проверить, точно ли мне положена эта награда.