— Не дури, Перрин, — оборвала его Элсбет. Голос ее звучал грубовато, но смотрела она с теплой улыбкой. — Неужто ты думаешь, что мы ждали от тебя другого?
Державшая тяжеленный тесак Марин свободной рукой погладила его по колену:
— Любой мужчина, заслуживающий того, чтобы женщина готовила ему пищу, поступил бы именно так.
— Спасибо. — Перрин даже испугался, какой хриплый у него голос. Не хватало еще расхныкаться, как девчонка. Но по какой-то причине голос у него перехватывало. Наверное, они считают его идиотом. — Спасибо. Вас бы я обманывать не стал, но другого способа отослать ее не было. Фэйли нипочем бы не уехала, пойми она, в чем дело.
— Ох, Перрин, Перрин! — рассмеялась Марин. Несмотря на всю опасность, на исходивший от нее запах страха, она еще могла смеяться! Ему бы хоть половину ее отваги. — Да мы раскусили твою хитрость еще до того, как посадили ее на лошадь. И сдается мне, она тоже сообразила, что к чему. Женщины частенько делают вовсе не то, чего бы им хотелось, — лишь бы угодить вам, мужчинам. А теперь езжай, — твердо закончила она, — тебе есть чем заняться, а здесь мы и сами управимся. Это дело Круга женщин.
Перрин ухитрился улыбнуться в ответ:
— Конечно, госпожа Марин, прошу прощения. Я знаю, каково приходится тем, кто сует нос в женские дела.
Женщины по-доброму рассмеялись.
Перрин повернул Ходока, и Спутники, выстроившиеся колонной за державшим знамя Вилом, последовали за ним. Юноша жестом подозвал Бана и Телла.
— Если дело обернется худо, — сказал он, когда они подъехали с обеих сторон, — Спутники должны будут вернуться сюда и помочь женщинам…
— Но…
— Никаких «но»! — оборвал Перрин Телла. — Делайте, что вам сказано! Если придется туго, спасайте женщин и детей. Ясно?
Молодые люди кивнули. Неохотно, но кивнули.
— А как же ты? — спросил Бан.
Перрин оставил его вопрос без ответа.
— Айрам, и ты держись Спутников.
Молодой Лудильщик, шагавший между Ходоком Перрина и мохнатой лошадкой Телла, не поднимая глаз, ответил:
— Я буду там, где будешь ты.
Айрам говорил негромко и просто, но Перрин понял, что настаивать бесполезно — этот малый все одно поступит по-своему. Хотелось бы знать, сталкиваются ли с подобными трудностями настоящие лорды.
На западном краю Лужайки, выстроившись в стройную, сверкающую колонну по четыре, хвост которой протянулся в проулок между ближайшими домами, расположились белоплащники: на белых плащах золотом горят эмблемы многолучевого солнца, блестят шлемы и кирасы, сверкают наконечники пик. Должно быть, они полночи начищали свои доспехи. Дэйн Борнхальд и Джарет Байар направили коней навстречу Перрину. Борнхальд держался в седле прямо, но от него разило яблочным бренди. Байар взглянул Перрину в глаза, и его костистое лицо исказилось в еще более злобной, чем обычно, гримасе.