— Жизнь не стоит на месте, — пожал плечами Том.
— Не так уж много времени я проводила в Тар Валоне, — добавила Морейн. — Думаю, нам понравится путешествовать вместе, Том Меррилин. Если переживем грядущие месяцы. — Она посмотрела на Мэта. — А тебе, Мэт, не следует с таким презрением относиться к узам Стража. В самом скором времени даруемое ими благо принесет людям немало пользы.
— Может, и так. — Мэт снова нахлобучил шляпу. — Но чтоб мне сгореть, если попадусь на эту удочку. Без обид, Морейн, я к тебе со всем уважением. Но связать себя узами с женщиной⁈ Нет, подобного с Мэтримом Коутоном не случится. Как-нибудь обойдусь.
— Неужели? — усмехнулся Том. — Разве мы не выяснили, что твоя Туон обладает способностями направлять Силу? Вот она подучится, и…
Мэт оцепенел. Кровь и проклятый пепел! Том был прав. Хотя способность направлять Силу превращает ее в марат’дамани, а на такое Туон не пойдет. Поэтому волноваться не о чем.
Верно?
Должно быть, все эти мысли отразились у него на лице: Том рассмеялся, а Морейн снова улыбнулась. Вскоре, однако, оба потеряли интерес к шуточкам и вернулись к негромкой беседе, с нежностью глядя друг на друга. И впрямь любовь. О Свет! Как же Мэт не понимал этого раньше? Он чувствовал себя человеком, выставившим хряка на лошадиные бега.
Так что Мэт решил убраться от этой парочки подальше, чтобы они побыли наедине, и отправился осматривать местность, где должны были открыться переходные врата. И лучше бы они открылись, ведь их припасы остались в Башне Генджей, и Мэт отнюдь не горел желанием останавливать проплывающий по реке корабль, а потом еще тащиться на нем до самого Кэймлина.
Он пересек неширокий луг и оказался на берегу Аринелле. Там он соорудил в память о Ноэле каменный курганчик, потом положил на него шляпу и сел рядом, чтобы все обмозговать.
Морейн в безопасности. Мэт выжил, хотя треклятая глазница болела как Свет знает что. Он по-прежнему не знал, остались или нет у Илфин и Элфин ниточки, которыми они его опутали, но он побывал у них в логове и вышел, фигурально выражаясь, почти целым и невредимым.
Разве что без глаза. Скажется ли это на боевых навыках? Этот вопрос беспокоил Мэта сильнее прочих. Он, конечно, хорохорился, но о внутреннем спокойствии и речи не шло. А что скажет Туон, увидев лишившегося глаза мужа? Мужа, который оказался не в силах защитить себя?
Мэт достал нож и подбросил его на ладони, а потом, поддавшись внезапному порыву, метнул клинок, не глядя, за спину и услышал негромкий писк. Повернувшись, он увидел, что нож угодил в кролика, и тот, пронзенный клинком, растянулся на земле. Вот тебе и бросок наудачу!