— Чтобы не сидеть тут в одиночестве и исцелить свою израненную душу, — сказал я, так как ощутил боль и в её душе. Я сильно ошибался на счёт Эбрис и до сих пор не могу её понять. Зачем делать столько жутких артефактов, которые портят жизнь другим людям?
— А разве есть в одиночестве что-то плохое? — спросила она, отложив недоделанный артефакт в сторону и откинувшись в кресле. Кстати, только сейчас я заметил, что кресло было весьма необычным для такого антуража, его будто купили в интернет-магазине. На удивление я заметил на столе, возле кровати, нечто вроде монитора, или это была картина на подставке?
Странно, всё очень странно. От эмоций богини, которые вдруг начали разгораться в её сердце, и моё сердце забилось быстрее. Жестокий Цунгар сейчас чувствовал себя не в своей тарелке, но не желал уходить, поэтому в его душе также бурлило много эмоций. И даже Киора испытывала немало противоречивых чувств. С одной стороны она опасалась богиню сожалений, с другой — ей хотелось её крепко обнять, пожалеть и успокоить.
— Зачем делать столько жутких артефактов, которые портят жизнь людям? — спросил я.
— Меня успокаивает их сборка, а уж то, как их использую другие меня не волнует, — ответила богиня.
— Хорошо, — кивнул я. — Тогда, богиня, вы не будете злиться на меня за это, — сказал я и выполнил то, к чему готовился всё это время.
Примечание автора.
Как думаете, Эбрис с иллюстрации похожа на ту, которую вы представили?)
Глава 27
Удивление. Эмоции. Предлог, чтобы выйти наружу.
Ошейник Амодэи захлопнулся на шее Эбрис, а наручники обвили цепями её руки. Она лишь усмехнулась, посмотрев на меня, как на глупца. Цунгар также недоумевал, с удивлением смотря на меня. Я же с ухмылкой смотрел на богиню, заставив пошатнуться её, казалось бы, непоколебимую уверенность.
— Ты ведь понимаешь, что против меня мои же артефакты не сработают? — решила всё же уточнить она.
— Поживём — увидим, — философски заметил я и вновь довольно ухмыльнулся, окончательно разозлив Эбрис.
— Твоё нахальство просто поражает, и этим ты напоминаешь его, — указала она в сторону Цунгара, а после провела пальцем по металлическому ошейнику.
Она уже готовилась вступить со мной в бой, но что-то явно пошло не по её плану. То есть ничего не случилось. Она сделала ещё несколько касаний к своему артефакту, а потом стукнула по нему от злости.
— Ой, я же совсем забыл, — наигранно вспомнил я и быстро застегнул оставшиеся браслеты, только теперь уже на ногах. После чего богиня чуть не упала, впрочем, нет, она всё же не удержала равновесие и шлёпнулась на пол. И впервые её эмоции проявили себя достаточно сильно, что она не смогла их сдержать. Словно потухший многие тысячелетия назад вулкан вдруг неожиданно решил пробудиться вновь.