Сима. Сентябрь. Москва.
Стою перед зеркалом в общежитии и не узнаю себя. За лето произошло чудо, я наконец-то влезла в джинсы 46-го размера. Не 50-го, как раньше, а самого обычного, человеческого размера.
Спасибо тете Свете и ее спартанскому режиму в деревне у папиных родственников. Три месяца сенокоса, работы в огороде и исключительно деревенской еды сделали со мной то, чего не смогли годы диет и самоистязаний в спортзале.
– Сима, ты готова? – кричит соседка по комнате Дина. – Опоздаем на первую пару!
– Почти! – отвечаю, в последний раз поправляя волосы.
Стрижка тоже новая. Вместо длинной косы, в которую я пряталась, как в кокон, теперь у меня модная каскадная стрижка. Мама плакала, когда увидела, но я довольна. Новая жизнь требует нового образа.
А жизнь действительно началась заново. Москва, университет, филологический факультет. Мечта, которая еще год назад казалась несбыточной. Тогда я была просто толстой отличницей из провинциального городка, которая боялась поднять глаза на парней и защищалась от мира колкостями и сарказмом.
Теперь я… кто я теперь? Пока не знаю. Но собираюсь выяснить.
Идем с Диной на первую пару – введение в литературоведение. Дина без умолку болтает о том, какие здесь классные преподаватели, какие интересные люди, какие невероятные возможности.
– А ты откуда? – спрашивает она в сотый раз за неделю.
– Из глубинки, – привычно отвечаю я.
– Да ладно! – смеется Катя. – Ты выглядишь как столичный житель. И говоришь без говора.
Столичный вид. Если бы она знала, какой я была еще полгода назад. Местная достопримечательность под названием «толстая умница». Девочка, которая могла одним словом поставить обидчика на место, но при этом не могла постоять за себя, когда дело касалось внешности.
– Просто много читаю, – отвечаю. – Книги учат говорить правильно.
– А что тебе больше всего нравится?
– Русская классика. Толстой, Достоевский, Чехов.
– Серьезно? – удивляется Дина. – А я больше люблю современную литературу. Пелевина, Сорокина…
– Тоже читаю. Но классика – это основа. Нельзя понимать современную литературу, не зная, откуда она взялась.
Боже, как занудно это прозвучало. Но я ничего не могу с собой поделать – привычка хвастаться своими знаниями сильнее меня. Хотя раньше это было защитной реакцией. Нечего предъявить по внешности – предъяви мозги. Теперь-то можно было бы и расслабиться, но старые привычки умирают с трудом.
Заходим в аудиторию. Почти все места заняты, остались только первые ряды. Дина тянет меня вперед, и я, внутренне съежившись, иду за ней. Не люблю сидеть на виду. Еще со школы повелось – толстых девочек лучше не замечать, так безопаснее для всех.