— Делись новостями, Грахем, — улыбаясь спросил я, усаживаясь в кресло.
— Всё идёт наилучшим образом, Ваше Сиятельство. Из Империи Цин сейчас ходят шесть судов, будем ещё четыре нанимать. Везём фарфор в Европу и в Новый Свет, порох стали закупать на десять процентов ниже, на свинец удалось уронить цены на десятую часть. Мы увеличили закуп партий шёлка. Капитан фрегата «Север» Жанет Берт запросил. Он сейчас в Россию постоянно ходит, говорит, что шёлк берут охотно. Мы зарабатываем четыреста процентов прибыли, даже когда отдаём оптом, — последнюю фразу Даффи произнёс с самодовольной улыбкой.
— Радуешь меня, мой друг Грахем. Что тут у Копытова, изменения есть?
— А как же не быть? Да вы, Ваша Светлость, наверное, ничего не знаете. Полковник наладил дружбу с навабом Шуджа ад-Даула, нам выделили земли в безвозмездное пользование, ну почти в безвозмездное. Там аренда незначительная. Сейчас всё хозяйство переехало южнее, к реке Палар. Теперь часть наших кораблей заходит в устье реки, там загружаются особым грузом, даже причалы построили. Здесь осталось только представительство и склады, охрану старший лейтенант Кейн организовал, на неделю караул заступает.
— Асур Джанвандас со своим госпиталем тоже переехал?
— Он тоже съехал, оставил здесь приёмный дом, его ученики больных или раненых принимают, имеется лазарет на сорок коек. Сам Асур какой-то химией занимается, но чем точно не знаю. Вы уж извините, Ваша Светлость, но у меня своих забот хватает, — ответил мой торговый представитель.
Поговорив с Грахемом Даффи я вернулся на «Апостол» и мы отправились к руслу реки Палар. Место мне понравилось, с моря корабли практически не видно, мы когда проходили мимо не заметили. Имеется речной остров, на котором расположили батарею пушек, смогут встретить любого пирата или нежелательного гостя. Копытов молодец, явно мужик растёт в плане личного роста.
В первый день я посетил кадетскую школу. В этот раз здесь набор не только из славянских детей. Потом проверил казармы казаков. Удивился, что два полка с Урала прибыли.
— Иван Миронович, как же так получилось, что казачки, как мухи на мёд сюда рванули, пояснишь? — спросил я Копытова, который меня везде сопровождал.
— Сам не понимаю, государь. Говорят, притесняют казачков старшины и прочее начальство, того и гляди до бунта дойдёт. К нам все холостые казаки приехали, но вроде как на разведку, узнать, что да почему. А за ними и семейные готовы потянуться.
— Здесь им такой вольности не будет. Надеюсь, Иван Миронович, ты им об этом рассказал?
— А то. Конечно, все правила по дисциплине и дальнейшей службе как на духу выложил. После прохождения курса молодого рекрута будут сформированы егерские полки. Предложил всем, кто не согласен сейчас об этом сказать, до принятия присяги. За наш счёт обратно можем вывезти, благо торговые суда постоянно в Россию ходят. Никто не отказался, все тебя, государь, истинным царём считают, от бога, — последнюю фразу Копытов произнёс, чуть понизив голос.