— Лучше покажу.
Он потянул меня к окну. Больше он не говорил ничего, на ходу подхватил на руки, вышел на балкон и шагнул с него без заминки. Я запомнила только его лицо — белое, неподвижное, ничего не выражающее. Лицо каменной статуи.
Воздух просвистел, на несколько секунд закладывая уши и заставляя зажмуриться. Стремительное падение резко сменилось полетом, мужские руки — на огромные твердые когти. Я подняла глаза на длинное белое тело над головой. Белый дракон летел, расталкивая ледяной воздух ночи огромными крыльями. По-змеиному длинное туловище невесомо плыло по воздуху и белые чешуйки серебром поблескивали на животе. Он был похож на парящего призрака. Необыкновенный. Не такой, как все.
Приземлились мы почти сразу.
Ингренсу даже не нужно было говорить, куда он меня принес. Как только ноги коснулись белой травы, я поняла. Запах роз и крови, коконом обхвативший плечи, подтвердил догадку.
Белый сад.
Он был хорошо освещен. Зачарованные деревья, застывшие в вечном лете, мерно шуршали белыми листьями. В этом холодно-лунном свете магических кристаллов все казалось мертвым — и цветы, и огромный алтарь… И мы. Даже тишина звенела погребальным звоном.
Переступив с ноги на ногу, я поежилась, невольно обхватывая себя за плечи. Могильник. Это могильник.
— Смотри… — голос Ингренса тоже был мертвым. — Вот я. Это все — я.
Босыми ногами он по-хозяйски прошел по белой траве, все еще полуобнаженный, только в простыне, наброшенной на бедра.
— Смотри туда, — он показал пальцем за мою спину. — Сегодня я устал, поленился сжигать… Там тоже я. Во всей красе.
Я оглянулась. Ветер послушно донес до меня запах крови — не свежей, уже свернувшейся. Запах ударил наотмашь с такой тошнотворной силой, что я закрыла нос рукой. В той стороне, куда указал Ингренс, я уловила страшное: груда безжизненных тел, переплетенные ноги, руки, головы, спины… Почувствовав, как меня мутит, я поскорее отвернулась. Ингренс смотрел на меня прямо, губы кривились в усмешке. Он знал, какое впечатление производит.
— Не нравится? А ведь это тоже я, Кларисса, твой любимый король. Такого любишь или уже не очень? — Дракон смотрел на груду трупов спокойно. — Отворачиваешься… Ты не хотела видеть эту сторону. Она никуда не денется. Такова цена моего самообладания. Кстати, я заплатил ее за тебя — за то, что не завершил начатое. Ты дорого мне обходишься, Ри.
— Зачем ты принес меня сюда? — просипела. Голос пропал. Кажется, он тоже умер здесь.
Блестящие точки в провалах глаз лихорадочно блестели.
— Показать, что творится в моей голове, ты ведь хотела. Или ты хотела знать не это? Предпочитаешь факты попривлекательнее? Прости, но у меня есть сад. Голод. Кровь. И чистый белый, которым я все это прикрываю. Ты думаешь, что я не убью тебя… Думаешь, меня изменит неравнодушие к тебе, твои глаза, губы, запах кожи… Ошибаешься. Все это привлекает, а не меняет. Каждый, кто попадает ко мне, думает, что уникален, что именно его я не трону. И каждый ошибается. Жажда крови сильнее любой уникальности. Единственное, что меня действительно останавливает — договор с твоим отцом и последствия.