Мой потрясенный взгляд был ему ответом. В этот момент я поняла, почему его называют чудовищем. Кровь не при чем. Никто не способен думать на таком же уровне как он, никто из высокородных не может с ним сравниться в замыслах. И я. Тем более я.
— Значит… они тебя не провоцировали? — я все еще не могла поверить.
— Коалиция уже начала формироваться. Я предпочитаю просчитывать варианты и действовать на опережение, Ри.
— А тело? Оно могло спровоцировать их…
— Они знали, что мне не выгодно дразнить их. Полагаю, Запад слегка удивился, но не нашел причины. Они списали этот труп. Он канул в безвестность как непонятная, ничего не значащая деталь.
Я надолго замолчала, судорожно соображая. Если так, королевская задумка практически осуществлена — Зеленохвостые вынуждены исполнять клятву, не получив ничего. Мой отец тоже исполняет свою часть договора, поддерживая короля. При этом Запад остался разделенным. Король захотел большего — король добился большего. Уничтожил вероятную проблему на корню — до того, как она вообще проклюнулась на свет.
— Ты не договариваешь, обманываешь… Ты… играешь всеми. Будто куклами.
Умное, безжалостное существо смотрело на меня из лика того, кому я говорила «да» уже не меньше двух десятков раз.
— «Играю»? Слишком патетичное слово. Я вижу возможность и действую. Всего лишь.
— Ты же нарушаешь клятвы…
— Нет. Я не нарушил ни одного пункта. Клятвы и обещания я исполняю тщательно, дословно. Но надлежаще — только те, которые мне нужны.
Он снисходительно глянул на мое расстроенное лицо.
— Считаешь это неэтичным? Неправильным?
— Считаю, — подтвердила, хмурясь.
Серые спокойные глаза не выражали эмоций.
— Не замечаю твоего возмущения, когда перевожу часы, чтобы обойти клятву о неконсумации.
— Это другое! — краснея, сказала я, чувствуя в собственном голосе предательски звенящую дрожь.
— Двойные стандарты? Очень понимаю, — Ингренс смотрел вперед саркастично. — Я придерживаюсь мнения, что клятвы должны работать на меня, а не я — на клятвы. Что было бы, если бы я прямо и честно исполнил условия договора, не думала? Твой отец был бы мертв или лишен титула. Ты бы вышла за Зеленохвостого и премудростям плотской любви тебя бы обучал он. Он же бы и сел на твоих землях. Твоя мать… Не знаю. Она ловкая женщина, возможно, смогла бы и выжить. Или ты сейчас скажешь, что заключение договора с Зеленохвостыми само собой не этично? Действие на опережение не этично? Хорошо… Честный и благородный король правит, не заключив нехорошего договора, Запад продолжает политику ненависти, несмотря на все призывы к миру и единодушию. Дальше доброго и хорошего короля любым способом смещают, а на его место садится какой-нибудь менее этичный Хрисанфр, который перекрашивает все из белого в зеленый и начинает вести совсем другую политику. Например, военную. Запад хочет новых земель, ты знала? Это несет смерти… Король служит не себе, а на благо стране, Кларисса. А правильность и этичность… Подобная философия часто не имеет ничего общего с разумом, процветанием и благополучием, что уж говорить о результате.