— Агарт! Ну что это? Что? А это? Так можно заблудиться!
Белокожий альбинос розовел, будто он рисовал план лично, и виновато пожимал плечами.
— Полагаю, замок не раз перестраивали, леди…
— А план забыли перечертить? Как так можно⁈ План замка — это же святое… — я быстро шагала вперед. — А если пожар? А если новая перестройка? Как планировать? Это же бессмыслица!
Я все больше распалялась.
— Леди, лучше свернуть сюда, — Агарт приглашающе повел рукой налево. Глянув налево, я уставилась вперед. Прямо перед нами расстилался неведомый коридор, естественно, не обозначенный на бумаге.
— А что впереди? — я скептически покрутила бесполезную папку.
— Ничего интересного, леди. Вот если заглянете налево, то найдете фехтовальный зал. Его белейшее Величество иногда тренируется в нем.
Фехтовальный зал — это интересно. Фехтующий Ингренс — еще интереснее, я до этого времени не замечала в нем любви к тренировкам. Но соблазнительно пахнущий пылью полутемный коридор, не обозначенный на карте, гостеприимно расстелившийся передо мной, сделай только шаг…
— Сначала хочу сюда! — быстро решила я, сделала уверенных несколько шагов вперед и тут же столкнулась с молниеносно вставшим на пути Агартом. Чуть не ткнулась в плечо.
— Прощу прощения, леди Кларисса… Но вам запрещено идти дальше. Мне жаль, но я не могу вас пропустить. Невыразимо жаль, леди.
Ворон покаянно склонил белую голову.
— Кто запретил? — я нахмурилась, уже зная ответ.
— Его белейшее Величество.
— А давай мы ему не скажем, — улыбнулась я, попытавшись миновать Ворона, но тот снова загородил мне дорогу, извинительно качая головой.
— Нельзя, леди.
Я еще раз глянула в белую пасть коридора, утопающего в заманчивом мраке.
— Что там находится, Агарт? — прямо спросила я.
Ворон колебался несколько секунд.
— Белый сад, леди.
«Белый сад». Миара говорила о нем в самый первый день.
Я запомнила ее слова «В белый сад никому не охота». И предупреждающий кашель Стиниры следом. Теперь это показалось мне подозрительным.
— Что такого в белом саду, от чего мне туда нельзя?
Агарт воровато забегал по сторонам красноватыми глазами.
— Леди… — по виду и голосу было понятно, что третий советник очень-очень не хочет отвечать на этот вопрос.
Я подбоченилась.
— Тебе запретили меня туда пропускать. А говорить о нем запретили?
— Нет, но… Я не хотел бы. Пожалуйста, спросите у Его Величества, — спрятав глаза отступил Ворон, и еще раз протянул руку налево. Практически умоляюще.
Колеблясь, я посмотрела в опасную темноту коридора. Ингренс, Ингренс…
На следующий день, когда мы лежали лицом к лицу, когда капли пота уже совсем высохли, а пульс утихомирился, я задала очередной вопрос. Точнее, попросила.