Серые халаты и деревенские спорили, кричали, махали руками, смачно шлёпали бодипозитивщиц по жирным трясущимся задам и ржали.
В конце концов они договорились, старший получил деньги, а местные увели женщин внутрь. Спустя некоторое время они выкатили тачку с колодками и цепью, ещё о чём-то поорали и скрылись, закрыв ворота.
Их мучители развернули караван и погнали в обратную сторону по той же тропе.
Самым ужасным воспоминанием этого дня был обглоданный зверями труп брошенного вчера парня. Надсмотрщики остановились около него, сняли колодки, а останки так и бросили…
К вечеру они снова добрались до того ручья, и Пауль попил впервые за прошедшие сутки. Или уже двое? На самом деле, проводник (или теперь уже надсмотрщик?), который поил лошадей, шёл вдоль ряда и лил всем на головы из ведра. Кто сколько-нибудь успел проглотить — тому повезло. Дурацкой мысли кормить рабов ни у кого из серых халатов не возникло.
Наутро заскучавшие надсмотрщики начали насиловать теперь уже мужчин…
Последующие дни слились в один непрерывный кошмар. От голода и побоев умерли ещё четверо. Теперь скованная колонна включала всего пятнадцать человек.
МНЕ НУЖЕН ВЫХОДНОЙ
Новая Земля, Серебряная Гавань, 17.02 (июня).0031
На третий день я устроила себе выходной. Не могу столько педерастической чушни перемалывать в столь концентрированном виде. Уж лучше… почти всё, что угодно лучше. Я диагностировала деток и блаженствовала целый день.
Вечером дальний дозор сообщил в Норы, что в пределах видимости показался караван, идут медленно, опаздывают примерно на день-полтора, поэтому все наши вернулись в Серебряную Гавань — отдохнуть денёк, а Угги остался «на хозяйстве» один.
Мы с мужем устроили себе тихий семейный вечер с гулянием по берегу и посиделками на двоих — а что, мы не люди что ли?
— Милый, ты хотел мне какие-то соображения по Хедебю высказать…
— А! Ну, смотри. Они живут плохо: бедно, голодно. Почему?
— Да вообще я не могу понять — как в этом мире можно с голоду помирать?
— Я тебе скажу. Это МЫ пришли в новый мир, мечтая о лесах с исполинскими деревьями, изобилующих добычей, о реках, переполненных рыбой, о плодородной земле, дающей по два урожая за лето.
— Ну.
— А они?
— Они… наверное, хотели стать викингами?
— Так они и стали! Любимая, вспомни: как жили викинги?
Я подвисла…
— Тебе не кажется, что Хедебю — это практически калька со средневековой Скандинавии? Длинные общинные дома, чадящие очаги, грязные рабы…
— Мелкие куры, больше похожие на голубей, — припомнила я, — И отсутствие канализации.
— В Хедебю, кстати, ещё более-менее приличный вариант, ты вот в Бирке не была.