Но когда я спросил, чем они тут занимаются, капитан отвечать отказался.
— Не имею права этого сообщить, сударь, прошу прощения. Государственная тайна. Если в общих чертах — исследования. Это всё, что могу сказать. Да и вас по-хорошему не должен был сюда пускать. Но раз уж вы в такой ситуации оказались, не могу не помочь. Но простите моё любопытство, откуда вы здесь?
— Сопровождаю кочевой клан на новое место, — сказал я. — Долгая история. Они забрели не туда, а я их вывел. На Урал теперь едем.
— Ну на Урал, так на Урал. Только имейте в виду, здесь очень опасные места. Твари такие встречаются, о которых вы, возможно, и не слышали… Опять же, не имею права всего разглашать.
— Песчаные демоны?
— Бывают песчаные демоны, обычных палочников полно. Но есть кое-что и другое. Так что смотрите в оба и долго не задерживайтесь. И не советую вам ночевать в открытом поле. День к вечеру клонится. Лучше останьтесь в городе. А утром последний рывок до Оренбурга сделаете. А там — зелёная зона, прямиком вдоль Урала. Там относительно безопасно.
Я послушался совета капитана и, когда мы с Леной вернулись к колонне, отдал распоряжение разбивать лагерь. Машины поставили на улицах заброшенного города, назначили дозорных — всё, как положено. И этой ночью спали спокойно. Утром продолжили путь, и часа через три мы выбрались на дорогу. Нам стали попадаться встречные машины, вдоль трассы росла трава, вдали паслось стадо коров на фоне лесного массива. Дорожный указатель гласил, что до Оренбурга — двадцать километров.
Самый трудный, смертельный участок остался позади, но впереди нас ждала ещё сотня километров пути и Уральские горы. А за ним находился наш новый дом — дом, который нам ещё только предстояло отвоевать у нынешних хозяев. Однако теперь я был полон надежд. Мы прошли через настоящий ад, дальше будет легче.
Впереди показался пропускной пункт — одноэтажная постройка с поднятым шлагбаумом. Влево и вправо от него тянулся ров, утыканный кольями. Похоже, здесь нашествия существ тоже не были редкостью. Мы за время пути уж не раз сталкивались с военными. Обычно они не позволяли группам жителей пустыни заезжать в город. Кочевники часто не имели никаких документов, что фактически не позволяло им проживать на территории империи.
Впрочем, за определённую плату местная власть, особенно в мелких городках, закрывала глаза на присутствие нелегалов в своих населённых пунктах, разрешала нам даже торговать на вольных рынках. Условие было одно: чтобы мы не создавали проблем. По пути сюда наша колонна уже пару раз сталкивалась с военными и городской администрацией, но мой «волшебный» аристократический перстень и некоторая денежная сумма решали почти все вопросы. Поэтому я не сомневался, что и сейчас нам удастся договориться. Может, в сам Оренбург нас и не пустят, но какими-нибудь окольными путями наверняка позволят проехать.