— Ой, — изменилась в лице Машка и с испуганным лицом подскочила ко мне.
— Ты что, егоза?
— Я этих самых мышей страсть как боюсь!
— Что, правда?
— До обморока! — часто-часто закивала она головой и доверчиво попросила: — Ваня, проводи меня. А то мало ли какие тут крысы бегают!
— Это да, — не удержался я от смешка, припомнив выражение лица оставшейся в чулане Анхелики. — Ладно, пойдем, горе мое, а то вдруг и правда какая зверюга выскочит.
Пришлось проводить девушку до крыла, отведенного фрейлинам и, пожелав спокойной ночи, отправить спать. Возвращаться к заветному чулану я не стал. Пока мы с Машкой шли, мою светлую голову посетила мысль, что закрутить интрижку с фрейлиной супруги — не самая умная затея, а разовым это свидание явно не будет. Уж больно настырная девица.
— Где ты была? — сонно спросила Кайса раздевающуюся соседку.
— Да так, — отмахнулась она и юркнула под одеяло. — Дело одно было.
— Не доведут тебя эти ночные дела до добра, — зевнула девушка и, повернувшись на другой бок, тут же уснула.
Машка же лежала с открытыми глазами и с мстительной улыбкой размышляла о случившемся. Когда-то давно Ваня рассказывал ей с Глашей сказки, и это были одни из самых ярких воспоминаний ее детства. И сегодня она, устроившись у приоткрытой двери, как бы снова побывала в тех далеких временах, когда они с матушкой и одноруким дедом голодно и холодно жили в Устюжне, а потом невесть откуда взялся самый настоящий заморский королевич и навсегда изменил их жизнь. Когда дети уснули, она была готова броситься к нему и, как в детстве, канючить, чтобы он закончил рассказ, но тут появилась Анхелика и разом угробила все очарование.
— Ишь каков, — с досадой пробормотала девушка. — едва эта бесстыдница вздумала перед ним хвостом крутить, так он сразу и рад!
Потом она вспомнила Алену Вельяминову, и ей стало совсем грустно. С самого детства Машка была уверена, что Ваня женится на ее старшей подруге и они будут жить долго и счастливо, как в сказках или иноземных книжках с красивыми картинками. А оно вишь как сложилось!
К тому же царица Катарина оказалась совсем не злой и дети у них с государем были хорошие. Особенно Карл Густав, которого потом окрестили Дмитрием, и Петька. Вообще-то Петька — слуга царевича, но они с детства растут вместе как братья, да и похожи немного. Странно все это.
А еще Петер, кажется, влюбился в нее. Ну да, влюбился, а иначе отчего все время смотрит такими глазами? Хотя он ей совсем не нужен, потому что еще маленький и вообще у нее есть свой Петр — Пожарский, сын прославленного воеводы князя Дмитрия Михайловича. Он всем хорош и непременно посватается к Маше, после чего у них будет самая веселая и красивая свадьба, какую только видела Москва… Что будет дальше, юная мечтательница додумать не успела, поскольку дверь в их спаленку с грохотом отворилась и в открывшемся дверном проеме возникла взбешенная Анхелика.