— Я знаю. Но разве они настолько глупы, чтобы выступить против армии с полицией? Ты сам-то веришь в это? А даже если эти бараны на это решатся, то он их перестреляет всех скопом. И делать на них ставку — абсурд.
— Если армия будет на войне, а полицию отвлечь, то у них есть шанс.
— А потом они вернутся. Рано или поздно. И строго спросят.
— Временное правительство как-то справилось. Никто так и не вернулся. Ну разве что Корнилов. Но и у него духу не хватило.
— Если Фрунзе сбежит, то вернутся.
— Вот поэтому он сбежать не должен. Любой ценой. Покушение вряд ли удастся, так что нам нужно подойти к решению этого вопроса с другой стороны. Устроить переворот, арестовать его и расстрелять. Быстро. Чтобы никто дернуться не успел. Как тогда Каплан зачистили. Без него все рассыплется.
— И поэтому ты думаешь поддержать Польшу?
— Да, Польшу. И Украину.
— Польша в тяжелом кризисе. Ей не до войны. Да и нечем ей воевать. Денег нет.
— Мы ведь можем решить этот вопрос, — усмехнулся собеседник. — Это не такие уж и большие деньги. Тем более что побеждать ей не нужно. Достаточно ввязаться и отвлечь армию на себя.
— А потом? Что будет, если она победит? Ты не думал об этом? Великая Польша от моря до моря в наши планы не входит.
— А ты знаешь, как можно воевать с пустым бюджетом?
— Не боишься, что Союз ее поглотит? Пока ведь рано.
— Учитывая, что в Союзе начнется, вряд ли полякам что-то серьезное угрожает. Советам будет не до того.
— Из-за Украины?
— Не только. Но да, в первую очередь из-за нее.
— Болтают многое, но я в них не верю. Тем более что именно Фрунзе в годы Гражданской войны ее присоединил, по сути. Перед тем завоевав.
— Деньги. Ты не хуже меня знаешь, сколько всего могут решить деньги, занесенные нужным людям.
— Деньги делают многое, но не все.
— Оставшееся сделал сам Фрунзе, вызвав у них широкое негодование элит. Нам останется это только чуть-чуть раскачать. К тому же нам не нужно, чтобы она действительно отделилась. Пошумит. Вынудить ввести войска. Отвлечет людей Дзержинского. Ну а дальше, когда дело будет сделано… — Он сделал неопределенный жест.
— Мавр сделал свое дело, мавр может уходить?
— Да. Расходный материал. Или тебя что-то трепетное связывает с ней?
— Я даже не очень ясно себе представляю, где она находится, — фыркнул собеседник. — Где-то между Родезией и Египтом? — нарочито пошутил он. — Нет? Ну ладно. Это неважно. Кстати, а ты не боишься продвигать Лейбу на роль лидера Союза?
— А должен? — хохотнул собеседник. — Этот шлимазл умеет только разрушать и не в состоянии заниматься созидательным трудом. Уверен, что двух-трех лет не пройдет с его воцарения, как Союз рассыплется или погрязнет в новом витке Гражданской войны. И…