— Почему в ближайшие пару месяцев? — спросил Герман.
— Я уже направил несколько эшелонов к легкому корпусу РККА. Он ведь наш только номинально. Это ваши ребята. И в Лондоне с Парижем это тоже знают, понимая, что в случае чего вы примените их для защиты своей земли и суверенитета. Но им остро недостает тяжелого вооружения. В течение месяца они его получат. Но его нужно освоить. Это время. Плюс тылы. С грузовиками все не так радужно. Так или иначе, но минимум два месяца они не смогут эффективно действовать против нормальных частей противника. Это самый минимум. И это самый опасный период. Им ведь самим тоже нужно подготовиться.
— Юридически этот корпус — часть вооруженных сил Советского Союза.
— Да. Но Советский Союз охотно придет на помощь Германии. Мы понимаем, что введение действительно наших соединений может вызвать вопросы. Мало ли что мы задумали. И не хочу, чтобы у германского народа возникали ненужные мысли. Я исхожу из того, что в деле будет собственно ваш корпус. Прежде всего.
— А если мы согласимся на введение ваших войск?
— Тогда мы без всякого промедления выступим вам на помощь. Всеми доступными силами. Это нужно для нашего выживания так же, как и для вашего. По отдельности нас удавят. Нам главное — выдержать эти несколько месяцев. Потом полегче будет. Потом можно будет выдохнуть.
— Отчего же?
— Это будет говорить о том, что англичане и французы выбрали путь большой войны, не будучи уверенными в своих нынешних силах. И им потребуется несколько лет для подготовки. Опыт польской кампании показал многое. И нам, и им. Я думаю, что вы в курсе того, сколько компетентных наблюдателей от Великобритании и Франции находилось в польских войсках.
— В курсе… — покивали посол с Герингом почти синхронно.
В этот момент появилась польская делегация. И пришлось прерваться.
Фрунзе специально пришел пораньше, чтобы перекинуться парой слов с немцами, не привлекая к себе лишнего внимания. За их встречами следили. А тут почему бы не пообщаться? Кто на таких собраниях обсуждает важные дела? Это официальная площадка. Публичная. Тут их оформляют…
Юзеф Пилсудский был трижды ранен. Хоть и не сильно. Но все одно — состояние имел неважное.
— Как ваше здоровье? — с ходу поинтересовался Фрунзе, подойдя к главе Польши. Причем осведомился с предельно добродушным и даже участливым видом. Что было воспринято Юзефом как издевательство.
— Вашими заботами, — хмуро ответил он.
Чтобы не разгорелся скандал, оперативно вмешался посол Италии. И перевел стрелки на слухи, что ходили вокруг тех приснопамятных кулуарных переговоров «с клизмой». О которых, наверное, все заинтересованные слышали. Что там за дверями происходило — нет, но антураж…