Я снова пожалел, что у него нет Дара. Вопросы он задавал — прямо в точку.
— А зачем придавать проклятиям форму? — спросил он около шкафа. — Я слышал, отчим тоже так делал. А почему не подсунуть такой свёрток, как маршалу под дверь?
И я переводил для него объяснения Индара — похоже, Индару льстило изображать наставника принца:
— Видите ли, ваше высочество… мы ведь не всегда можем раздобыть артефакт, который направит проклятие точно по адресу. Бывает сложно достать даже частичку одежды, а ведь одежда — вещь ненадёжная, её могут снять, выкинуть, отдать… Лучше — кожа, волосы, ногти, кровь. Но, согласитесь, если вы здесь, а ваш недруг… о, в Святой Земле, на побережье, в Междугорье… да просто в другом городе — никаких артефактов, верно? Остаётся только отправлять проклятие с посыльным.
— А можно мы попробуем? — тут же спросил Рэдерик. — Что для этого нужно сделать?
— Ваше высочество желают кого-то проклясть? — весело удивился Индар.
— Вообще-то много кого, — сказал Рэдерик. — Например, маршала… я понимаю, что нельзя, мессир Клай… А может, можно? Не насмерть, а немножко? Вот из этой банки, где кошмары?
— Предположу, — сказал я, — что кошмаров ему и без проклятий хватает. Мессир Индар со мной согласен.
Мессир Индар ржал — и вообще явно наслаждался ситуацией. Ему нравился Рэдерик.
А наш принц-бастард рассматривал артефакты горящими глазами. Узнав, что с помощью головы мертвеца можно связаться с ушедшими за Межу, — немедленно выдал:
— И с отчимом?
— Хм… — Индар задумался. — Непросто, много сил и времени на подготовку… и неизвестно, захочет ли он говорить… Предполагаете заставить его, ваше высочество? У него, предположу, и так неважно с загробным покоем…
— А он точно в аду? — спросил Рэдерик тем холодным и отстранённым тоном, который вызывал у меня лёгкую оторопь.
— Можете не сомневаться, — сказал Индар с печальной усмешкой. — Вопрос только… как бы поточнее сформулировать… в месте, которое он там занимает.
— Это как? — не без некоторого ехидства спросил Барн, который внимательно слушал, но до сих пор в разговор не вступал. — Что, мол, аристократам везде хорошо: сиди в котле, посиживай — а огонёк-то под котлом голытьба разводит?
Рэдерик хихикнул:
— Каждый переживает за своих, Барн?
— Забавно… — проговорил Индар, не улыбнувшись. — Ты ведь в чём-то прав, ягнёночек… дело в том, что сама Хаэла, заключая с князьями ада договор, вписала особый пункт. Она сама рассчитывала стать… княжной. Не Сумерек, а выше, вернее, изрядно ниже Сумерек. Моя леди рассказала, что ей обещали… как сказать… форму? Должность? Бытие демона? После смерти её человеческого тела, само собой. Предполагалось, что она уйдёт в ад как домой — и её встретят как свою. Предполагалось также, что все мы продолжим служить ей за Межой… если всё пройдёт хорошо. Но есть нюанс.