— К жене так и не притронулся? — Спросила озадаченно.
Отрицательно мотнул головой, усаживаясь за стол. В последнее время предпочитаю просто не думать об этом. И Василису избегаю, как могу. А она тем временем продолжает гонять всех в Замке. И чуток не успевает каждый раз меня застать. Сваливаю до её появления. Так и живём.
— Что с жаждой? — Интересуется обыденно, накрывая на стол.
У Руяны самая вкусная яичница получается. С солью и сушёным укропчиком.
— Не до того было, — признался, принимая тарелку. — Не упокоенного духа ловили.
— И как? Поймали?
— Да, но троих ратников потерял, — процедил. На это жрица только вздохнула и принялась хлопотать у печки, где закипел чай.
— А что за дух такой? — Поинтересовалась между делом.
— Мара.
Чайник со звоном рухнул на пол, зашипела на полу вода. Жрица замерла, стоя ко мне спиной. И даже немного напугала своим поведением.
— Всё в порядке, она нейтрализована.
Жрица обернулась.
— Сын Ярило удивляет меня не только своей силой, но и своей глупостью, — выпалила, обернувшись. — Мару нельзя убить или, как ты выразился, нейтрализовать. Когда она вырвется, найдёт себе чужие кости. Тогда Ярославец превратится в проклятый город.
— Как много ты знаешь, надо было у тебя спросить прежде, чем с ней связываться, — усмехнулся, не разделяя её опасений.
— По молодости я много интересовалась Марой и даже отважилась однажды явиться на проклятые земли Злосновских. А потом бежала оттуда без оглядки. Это был тот первый раз, когда я убила человека, которого приняла за своего врага. Где сейчас дух, что ты с ним сделал?
— Он отделён от своей силы, не переживай. А сам заключён в тюрьму, из которой уже не выберется. В скором времени я просто отнесу его в Навь. Как думаешь, демоны с ним разберутся?
Руяна сразу и расслабилась. Снова занялась чаем.
После обеда я отправился в резервацию к волотам. Давно не проведывал их. Хоть и докладывают периодически, что у них всё хорошо, решил убедиться сам. На месте замка Елькина у них огороженная деревенька, навесы, сараи, своя гигантская изба — всё сами возвели. Деревья без спроса не трогают, никуда не лазят. Скот их в крытых загонах, как оказалось, впал в спячку. А то и в длительный анабиоз. Быков своих они немного подъедают с моего личного разрешения, не брезгуют и картофелем, которого я наваял им из навоза трёх гигантских лошадей, которые пока ещё держатся. Посмотрим, как зиму переживут.
На удивление великаны жрут мало. Иной мир, иная форма метаболизма.
Когда нагрянул к ним, выскочили из тёплой избы, полуголые с магическими ошейниками, и прижались к мёрзлой земле, будто от ударной полны спасаются. Завыли, чтоб пощадил.