Дракон, заживо погребенный
1.
— Эй, пошевеливайтесь! Чего расселись? Хозяйка сегодня злая. Сказала, если не натрете к ужину эти котлы, заставит вас идти убираться в семейном склепе.
Я, уставшая, со ставшей уже привычной ноющей болью в пояснице, лишь усмехнулась:
— Так и уберем. Чего там страшиться? Как по мне, лучше быть среди тишины, чем каждый день с утра до вечера слушать приказы и громкое ворчание леди Элеоноры.
Старшая горничная оглянулась по сторонам, подошла к нам с Мартой (второй служанкой) вплотную, и понизив голос, шепнула:
— Я слышала, что наша леди Элеонора. вовсе не леди, а приживалка. Вернее, содержанка. Пришла босоногая, управляющий ее приютил. А она прыг в койку, а из койки — в хозяйки.
Я улыбнулась. Надо же какая карьера! И также тихо спросила:
— А где настоящая наша хозяйка? Замок есть? Есть! Управляющий? Есть! А вот хозяина — герцога вместе с женой не вижу. Четвертую неделю тут. А как-то безлюдно. Четыре служанки. Моем, трем, а для чего? Ради кого? Работа ради работы…
Старшая горничная закивала: — Я тоже управляющему говорю, валимся с ног от усталости, спим максимум пять часов в день, зачем это надо? Но он непреклонен. Раз его ненаглядная «ледя» решила, будет уборка!
Довольная своей шуткой Сесилия рассмеялась. И напомнив еще раз, что до ужина осталось менее двух часов, удалилась…
В дневном свете, пробивающемся сквозь окна кухни замка герцога Бирека – аметистового дракона, я вместе с другой молодой молчаливой служанкой склонилась над огромными, старыми, закопченными котлами, тщательно натирая их пенистой тряпкой.
Пар, густой и едкий, смешиваясь с запахом горелого жира, поднимался от наших усилий.
— Мда, Марта, эти котлы, кажется, никогда не закончатся! — проворчала я, оттирая пот со лба тыльной стороной ладони.
Мои руки, некогда нежные, не знавшие двадцать восемь лет, что такое труд, теперь были покрыты мозолями и въевшейся, особенно в районе ногтей, грязью.
— Я думаю, леди Элеонора специально дала нам это задание. Невыполнимое и не нужное. Ты посмотри на эти котлы. Они очень давно не были чистыми! Вон тот прохудился, у этого ручки держатся на последнем дыхании. Неужто герцогу варят еду именно в них? Тогда я ему не завидую.
Марта, более молчаливая и смиренная, пожала плечами и тяжело вздохнула.
— Алиса, мой тебе совет, не задавай тут лишних вопросов. Ты же знаешь, какой буйный нрав у госпожи. Если ей передадут, что ты про нее злословишь, нам будет плохо.
— Будет плохо? Да мы и так уже на грани истощения! – воскликнула я, а мой голос дрожал от усталости и отчаянного желания выспаться.