Олег позволил дымке рассеяться и пожал плечами.
— Первое заклинание я больше месяца мучил. Тогда я вообще не понимал, что делаю, а потом постепенно уловил принципы построения. После этого каждое новое давалось легче. Не сразу, но быстрее.
Цзи внимательно посмотрел на него, словно пытаясь сложить в голове очередной фрагмент мозаики.
— Тогда ответь прямо, кто тебя учил? Ягуаи?
Олег не ответил сразу.
— Нет. Человек. Тот, кто сам учился у ягуаев.
— Кем он был?
— Отшельник, навещавший нашу деревню, -слова не были совсем уж ложью. — По его рассказам ягуаи не такие уж плохие парни и с ними можно найти общий язык.
— Ну да, еще бы они не похищали человеческих детей, не употребляли человечину на обед.
Три месяца пролетели незаметно, сливаясь в ровный, почти монотонный ритм. Днем Олег нес службу в городской страже: патрули, проверки, редкие стычки с мелким отребьем, которое предпочитало не связываться с цуанями. Свободными ночами спускался в подземелья Шанду, но уже без прежнего азарта, скорее по привычке и для поддержания формы, успел уничтожить пару-тройку диких вампиров.
Два раза в неделю приходил к мастеру Цзи. Никаких пышных речей и философских притч, только практика, разбор ошибок и бесконечное повторение. Старик оказался хорошим учителем. Он не давил, не требовал слепого подчинения, а помогал научиться новым методикам контроля над потоками ци. За это время Кан освоил десяток новых заклинаний: защитных, бытовых и боевых. Цзи часто повторял, что магия не должна быть красивой, она должна работать.
Никто не приходил с лишними вопросами. Как объяснил Цзи, в Империи мастера ци имели право на личные секреты. Пока ты приносишь пользу, служишь, выполняешь приказы, не расшатываешь устои, государство предпочитало не лезть тебе в голову.
Власть здесь не только требовала, но и платила за лояльность, пусть и по своим, весьма специфическим меркам.
Олег слушал это с иронией. Иногда, сидя на циновке с чашкой травяного чая, он вспоминал Землю со всеми ее проблемами, лицемерием и бюрократией. По сравнению с Империей Дракона она казалась раем, местом, где человеческая жизнь имела хотя бы относительную ценность, а массовые казни считались дурным тоном. Но сравнения были бессмысленны. Он был здесь, в этом мире, и пока успешно вписывался в его систему, а значит, шансы умереть раньше времени оставались минимальными…
Вызов к Ли Бану не стал для Олега неожиданностью. Начальник стражи, как всегда, принял его в своем кабинете без лишних свидетелей, с плотно закрытыми дверями. Он некоторое время рассматривал Кана, словно прикидывая, с какой стороны лучше начать разговор.