Наказала его система или же напротив, благословила, но стартовым классом полный сил мужчина выбрал мага со школой колдовства. По-армейски долго пытал говорящий манекен, устроивший введение в новую жизнь, и вызнал, что именно магия колдовства дарует возможность руководить отрядами, призванными или поднятыми из мертвых. Дикость, но в мозгах офицера сошлось воедино — управление армией, с собственной волей или без уже без разницы, и он принял свою судьбу. Способность просчитывать на несколько ходов вперед, помноженная на военную логику, видимо, сыграла с ним злую шутку, он увидел в некромантии всего лишь еще один способ управления подчинённым личным составом и какая разница, что это нежить?
Стартовый навык оказался призывом. Второй уровень — новый навык, все как и у всех, и система предложила взять ему один из трех. Тогда-то он и совершил роковой выбор, приняв последствия. Ценой собственных жизненных сил он мог возвращать к жизни других. И, как он объяснил, ему не раз пришлось воспользоваться этой силой для спасения тех, с кем он успел многое пережить.
Поставив перед собой цель спасти и обезопасить как можно больше людей, он и его ближайшие сторонники, находящиеся с ним с самого начала, а это несколько амбициозных молодых офицеров, была организована фракция Коммунистов. Не по духу она такая, скорее из личных симпатий и ностальгии. Красные и красные, и вся недолга.
Быстро разрастающаяся фракция неминуемо заинтересовала восточных соседей, тогда-то люди Барона и наведались в гости. Перевес в боевой силе оказался слишком большим — методом сегрегации Константин отбирал в свои ряды бойцов, обучал их и не гнушался убийствами, потому средний уровень в его фракции намного превышал таковой у мирных коммунистов, ставивших во главу угла развитие и безопасность. Сила, не сдерживаемая моралью, всегда растет быстрее — это аксиома, которую я уже успел прочувствовать на собственной шкуре.
А о фракции на юге в те времена никто и не слыхивал. Ходили разговорчики от разведки, что там, вероятно, есть какая-то крошечная группа или вовсе несколько одиночек, но попыток выйти на след из-за удаленности предпринималось мало для того, чтобы найти меня, то есть Марка.
Вышло так, что Константин просто военной мощью подавил любое сопротивление, и то, что Вячеслав назвал ходящими вокруг него слухами, просто инсинуацией. Выходило так, что ему было дозволено развиваться, но запрещено наращивать военную мощь, и раз в пару дней было необходимо отправлять людей «на работы».
Гнусно? Да, и сам Вячеслав этого не отрицал. Но ситуация оказалась цугцвангом — либо их сотрут полностью, либо вялое, но какое-то выживание. Любой ход вел к ухудшению, но вот парадокс, даже отсутствие хода было равносильно поражению. Попытки оказать сопротивление были — но карались жестко, кроваво. Внутренние бурления вспыхивали чуть ли не каждый день, и именно военное прошлое позволило лидеру коммунистов построить четкую систему, в которой инакомыслие подавлялось.