Поэтому я остановился на том, что это просто слишком странная форма сна. Жутко реалистичная форма сна. Последнее, что я помнил, так это то, что я провел операцию тому срочному пациенту, а потом направился в кабинет. Нужно было написать план операции, черт бы его побрал. По пути туда я встретил Наталью Львовну, а затем — пустота. Видимо, я всё-таки свалился без сил и сейчас лежу в своем кабинете или на крайняк в палате под капельницей, а это все — лишь игры моего перегруженного мозга.
Я несколько раз ущипнул себя за локоть, но ничего не произошло. Я как был сонным лохматым азиатом, так им и остался. Потом я прочитал про себя мини-мантру, повторяя «Я просыпаюсь, я просыпаюсь, я просыпаюсь», но опять-таки никаких изменений не было. Я настолько отчаялся, что даже влепил себе болючую пощечину, но даже так я не очнулся от сна. И вот я уже снова начал сомневаться, что это сон, но ведь другого более менее логичного объяснения происходящего у меян просто не было. Возможно, мне нужно побыть в этом сне до какого-то события, или же до того момента, как кто-нибудь меня не разбудит? Да, наверное, все так и есть. Уже скоро придет Наталья Львовна или еще кто-нибудь и разбудит меня, а пока я могу насладиться таким необычным осознанным сном.
Успокоив себя более менее разумным объяснением происходящего (или попытавшись отрицать грустную правду), я начал с интересом разглядывать свое «новое» тело. Что ж, мое подсознание выбрало для меня довольно-таки привлекательное тельце, но вот почему азиат? Я никогда не был увлечен ни самой Азией, ни ее культурой. Хотя, надо отдать им должное, медицина у них развита на высоком уровне. Я несколько раз я приезжал в Корею и Японию на демонстрационные операции. Довольно впечатляющее зрелище, между прочим. Но не суть. Даже нейрохирурги не до конца понимают наш мозг, куда уж мне разгадывать тайны того, чего же мой разум решил, что азиат — это лучший выбор.
Впрочем, для азиата это тело было достаточно высокого роста, так что мне даже пришлось чуть нагнуться, чтобы сравняться с зеркалом. В остальном ничего примечательного не было: обыкновенное лицо, узкие глаза, немного пухлые и почему-то до жути обкусанные губы. Ну а то, что у меня было на голове, язык не поворачивается назвать волосами. Скорее данная прическа походила на воронье гнездо, которое парочку раз переехал не особо аккуратный водитель танка.
Подняв полы мятой футболки, я начал разглядывать свое тело дальше. По состоянию комнаты и головы я ожидал, что все будет плачевно, но нет: тело оказалось подтянутым и даже виднелись очертания пресса. И вот я уже собирался перейти к штанам и их содержимому, как дверь громко хлопнула, заставив меня подскочить и моментально отдернуть футболку вниз. Быстро обернувшись, я уставился на вошедшую в комнату маленькую девочку.