— Но я же открыла! — возмутилась я.
— И я не обману ваше доверие. Если следствие покажет, что ход ваших мыслей верен, то победа останется за вами. Свои предположения я вам расскажу, но не раньше, чем вы изложите свои.
— Тогда подведем итоги. Я сгораю от нетерпения услышать, что думаете вы.
— Какие скучные у вас желания, Ирина Константиновна. Знали бы вы, от чего сгораю я…
— Если это не служебное рвение, то мне знать тонкости не обязательно, — отбрила я. — Сгорайте себе на здоровье.
Право слово, князь не оставляет попыток меня смутить. И чем упорнее я отказываюсь смущаться, тем ему интереснее. Наверняка в великосветских салонах он себе подобного не позволяет. Хотя… Я так и не дала ему пощечину, а ведь Белозерский неоднократно заслужил. Что мне мешало? Понимание, что его дерзость — это не способ оскорбить, а вызов на словесную дуэль? Или его проклятое обаяние?
— Как вы черствы, Ирина Константиновна, — наигранно вздохнул Александр Павлович.
— Вы обещали версию, князь, — напомнила я, заподозрив, что он опять увиливает.
— Обещал — исполняю, — лукавый блеск в глазах Белозерского исчез. — Отдаю вам должное, вы отменный сыщик, Ирина Константиновна, пусть часть ниточек сама легла в ваши руки случайным образом и благодаря стечению обстоятельств, а не в результате усилий. Однако это не отменяет того мастерства, с которым вы распорядились полученными сведениями. Более того, мне самому взять их было бы неоткуда. Так что здесь вы меня обошли… — Александр Павлович на мгновение сбился с мысли, — вы так улыбаетесь, Ирина Константиновна… Жаль не мне.
Я спохватилась: комплимент Белозерского меня излишне порадовал, и это отразилось на лице.
— А вы перестаньте ходить вокруг да около, и расскажите мне то, чего я не знаю. Вдруг мне понравится, — предложила я, неожиданно смутившись мечтательной нотке в голосе князя.
Белозерский, наконец, перестал давить на меня фактурой, придвинул стул и сел напротив, приготовившись излагать.
— Что ж, начнем с того, что оба нападения на вас, по-моему, не одинаковы.
— Способ определенно был разным, — согласилась я, подавив желание коснуться горла.
— Нет, речь о мотиве. Все говорит о том, что в первый раз вас убивать не собирались. Скорее, хотели что-то предотвратить, таким варварским способом выведя вас из игры в конкретном эпизоде.
— Вы так считаете? — изумилась я.
— Да, я так считаю. Это никоим образом не смягчает обстоятельств нападения. Оно могло иметь трагические последствия, однако я думаю, что в тот момент Никифор, если ваши воспоминания о сапогах верны, пытался вас отвлечь от чего-то, не раскрывая себя. Самым простым и быстрым средством был удар со спины. Вы упоминали, что какое-то время еще были в сознании, но преступник не попытался причинить вам более серьезного вреда, а просто скрылся.