— Но…
— Поль, ты прости, если грубо прозвучит, хорошо? Но это наше с ними дело.
Хмурюсь с возмущением, а потом опускаю руки на живот и шиплю.
— Вот когда рожу нашу девочку, тоже тебе так говорить буду!
Ян тут же округляет глаза и выдыхает еле слышно.
— Девочку?…
Ой.
— Ты узнала пол? Мы же…не хотели узнавать пол?
— Я не узнавала, успокойся.
— Но ты сказала…
— Вита постоянно повторяет, что у нас будет дочка. Требует назвать ее в честь себя.
Ян издает смешок, расслабляется и кивает.
— Ну, разумеется.
— Если будет девочка, я хочу назвать ее в честь мамы. Марусей. Ты не против?
Его улыбка становится мягче, а потом он проводит по моей щеке кончиками пальцев и шепчет.
— Конечно, нет, Поль. Как ты захочешь, так и будет.
Это приятно. Бросаю взгляд на кухню, и он снова тихо усмехается и кивает.
— А теперь ты хочешь кушать.
— Немного.
— Закажем или приготовить?
— Можно я?
— Ты хочешь приготовить?
— Ну, да? У тебя же есть продукты?
— Да, Дарья наполнила холодильник. Проверь, если нужно что-то еще, я закажу, но…
— М?
— Ты точно хочешь готовить?
— Да, Ян, точно. Я беременна, а не больна!
— Ладно-ладно. Можно тогда пожелание?
— Не наглей.
Он тихо смеется, а потом притягивает к себе и смотрит так красиво…В этот момент еще солнце выходит, будто только нас и ждало. Его глаза становятся еще ярче, а улыбка еще светлее, и будто все годы стираются.
Я снова вижу перед собой того самого Яна, который всегда смотрел только на меня так, будто на мне сосредоточен весь мир…и я не боюсь ему открыться…
— Это будет очень сложный разговор, Ян, — шепчу, он слегка кивает.
— Знаю. Мы правильно воспитали наших парней. Я ими горжусь. Они защищали тебя, как львы! Полина, оба. Как львы…
— Но ты…
— А я заслужил. Не думай об этом. Ты же знаешь, я все сделаю для того, чтобы вернуть их доверие обратно.
— Знаю…
— Это будет сложный разговор, — повторяет он, — И возможно…точнее, скорее всего, я не смогу вернуть их быстро. Возможно, даже никогда не смогу загладить эту ошибку. Не хочу об этом думать, но иногда накатывает…
— Ян…
— Нет, подожди. Я должен это сказать.
Киваю.
— Возможно, они никогда не забудут, что их идеальный отец оказался не таким уж и идеальным. Наверно, даже когда у меня получится восстановить наши отношения, они всегда будут помнить об этом, но…
— Но?
— Может быть, это к лучшему, Поль? В жизни они столкнутся с ситуациями, когда буду поступать неправильно. Я не хочу, чтобы они думали, что не имеют права на ошибку, а главное — я не хочу, чтобы они опускали руки. Это еще один урок, полагаю, который я должен был им преподать: никогда не сбегать с поля боя и драться до конца, чтобы заслужить прощение.