Я знала, что она там будет.
Подошла чуть поближе, подышала и увидела:
«Я здесь и больше не уйду. Ян»
Он всегда в прошлом оставлял мне маленькие подарки и коротенькие записочки, чтобы я улыбнулась. Так вышло и теперь, так происходит даже сейчас.
Уже месяц прошел с тех пор, как мы…снова начали «встречаться». Притом отношения наши нежные и чистые, как когда-то давно. А еще тайные, как когда-то давно.
Да, мы с Яном начинали встречаться именно тайно. Он прыгал в свою машину и говорил родителям, что едет на тренировку, а друзьям, что помогает родителям, и мчал ко мне. Я ссылалась на дополнительные занятия по математике. Наверное, выглядело это нелепо. В математике я совсем плаваю, а все равно заниматься бы ей не стала и под страхом смерти…Но это было неважно. Прикрыв тылы, как мне казалось «элегантно», я заходила за дом и на остановке ждала Яна, а потом мы отправлялись…да неважно куда. Лишь бы побыть рядом. От Москвы до нашего города на машине ехать три часа, и так он ездил почти три месяца.
Мы пока прячемся не три месяца, конечно, а всего лишь месяц, но он на меня не давит. Все должно быть постепенно, полагаю, и пока я понятия не имею, как сказать мальчикам о том, что я решила попробовать дать их отцу шанс.
Нет, знаю, что Тим примет эту новость нормально. Он более мягкий, на меня похож, а вот Егор…
Прикрываю глаза, стоя в квартире Яна и сжимая свои плечи. За окном идет дождь, донося до меня запах свежей травы. Через три дня они возвращаются домой из Греции, куда улетели с друзьями почти две недели назад. Они мне шлют сообщения, записывают кружки в телеграмме, присылают видео и всегда спрашивают, как я себя чувствую. А как я себя чувствую? Обманщицей немного. И мне страшно, что они сочтут меня размазней, но…
Ян подходит со спины и обнимает меня, а потом прижимается губами к макушке и выдыхает.
— Думаешь о них?
Он знает…
Ну, конечно. Ян всегда знает, что меня беспокоит. Особенно когда я позволяю ему, а не прячусь, как пряталась раньше…
Слегка киваю и прислоняюсь спиной к его груди.
— Они…не знаю, как они отреагируют.
— Вали все на меня.
— Это несмешно.
— Я и не шучу.
Ласково поддев подбородок, Ян разворачивает мое лицо на себя и слабо улыбается.
— Вали все на меня.
— Это я дала тебе шанс.
— Скажи, что я не дал тебе возможности…
— Ну, что за глупости?
Тихо смеюсь. Рядом с ним мне так спокойно, что я не катаюсь на американских горках своих эмоций — я могу рассуждать здраво. Ну, или почти.
— Нам нужно будет с ними поговорить. Нужно будет объяснить…
— Нет.
— Что значит «нет», Ян?
— Я это все заварил. Мне и разговаривать. Окей?