— Когда ж она съехала? — поинтересовался у нее Скворцов, дымя цигаркой. — Как вас?..
— Дарья Васильевна я. Рано поутру убралась.
— И что сказала?
— А ничего. Мол, нашла квартиру поудобней.
— Водила к себе мужиков?
— А как же! Вот и вчера к вечеру приперлась под ручку с очередным ухажером. Я с соседкой на лавочке сидела, видела. Через полчаса выскочила из дома на улицу. Куда это тебя, Анфиса, понесло, спрашиваю. За самогоном, теть Даш, отвечает. Что, мол, на сухую лясы с парнем точить. Ох, и любит выпить, окаянная! А под родительским приглядом совсем другой была, шелковой, воды, бывало, не замутит!.. Ну, тут темнеть стало, мы с соседкой и разошлись по домам.
— Вернулась, Анфиса-то? — спросил я.
— Вернулась, и не одна, а с двумя мужчинами. Калитка скрипнула, я в окно их и увидела.
— Сможете их описать?
— Куда там! Темно уж было как в закупоренной бочке. Только слабые очертания и различила.
— Что-нибудь слышали? — задал вопрос Скворцов. — Ну, там разговор на повышенных тонах, звуки борьбы?
— И то, и другое. Правда, недолго все продолжалось. Я даже в стенку стукнуть не успела… А что случилось, вообще?
— Вчерашним ухажером Анфисы, Дарья Васильевна, был наш сотрудник. Пропал он, едрена каракатица!
— Боже, твоя воля!.. Какие страсти!
Мы с Рундуком досконально осмотрели комнату, заглянули во все шкафы, подняли полы. Затем обследовали сараи, чердаки, спустились в погреб — ничего, никаких cледов. Прошлись по саду. Обнаружили пропавшего в дальнем конце его в железном баке с водой. Рана на темени покойного говорила о том, что его оглушили, а синюшный цвет лица, что потом утопили.
Вернувшись в здание милиции и озадачив сотрудников проблемой доставки тела Чулюкина в морг, мы поднялись в кабинет Угро и рассказали об итогах короткого расследования Светловскому.
— Ну и, стерва, эта Клейменова! — покачал он головой. — Похоже, когда Чулюкин снова завел разговор о главарях бандитов, она решила, что его нужно устранять. Сдавать Белого, Николу и Цыганка себе дороже! Их дружки из-под земли достанут, на клочки порвут! Видно, рассудила, что Чулюкин не отстанет, в уголовку сдаст, чтобы выбить из нее признания. Задумано-сделано. Якобы отлучившись за самогоном, она привела на квартиру двух бандитов, и те быстро покончили с молодым милиционером…
— Этим гадам я с удовольствием свернул бы шеи? — зло бросил Рундук.
— К сожалению, мы пока не знаем, кто они, — пожал я плечами.
— Узнаем, — заверил Светловский, затянувшись папиросой. — Через Клейменову. В розыск ее!
Нашу беседу прервал дежурный. Следом за ним в кабинет вошел кряжистый бородатый старик в картузе и поддевке с холщовым мешком в руках.