Молодой мужчина застыл на месте, сделав медленный и крайне осторожный вдох, затем — выдох, затем ещё один вдох и ещё один выдох. Тело. Оно восстановилось столь быстро, что он практически не успел почувствовать этого. Лишь небольшой зуд, да…
Отголоски песка, струящегося по венам?
Одержимый задумчиво открыл карие глаза. Мыслей в голове было много, а потому первые слова, сказанные ещё немного хриплым, слабым голосом, были особенно проникновенными и величественными:
— Владыки Снов бы заржали на всё Царство, если бы я сейчас опять сдох…
Есть вот что-то такое в генеральной уборке… медитативное. Неспешное подметание, ремонт полочек (это я уже немного увлекаться начал), а ведь не стоило ещё забывать и о том, что пыль повсюду была…
Владыки Снов не дадут своему не самому верному слуге соврать — я получал удовольствие от этого. От всего, что делал.
От того, как почесывал немного зудящую шею.
От того, как ходил.
От того, как дышал.
От того, как проходился веником по пабу, выметая всё, что хоть отдалённо могло напоминать мусор. Про пыль и говорить нечего: я выдраил каждый миллиметр заведения, не забыв и про личную комнату с подвалом, где вершилось алкогольное чудо.
Мне нравилось, как с моего лица стекал пот. Как горели мышцы, прося занявшего тело чужака быть поосторожнее с приобретением. Как я, чувствуя обезвоживание, жадно глотал воду.
Морфей меня разбуди, ни один напиток, воплощённый мной в мире снов, и близко не мог конкурировать с самой обычной водой.
Я чувствовал, как по венам струилась кровь, как билось сердце и урчал живот, сигнализируя о голоде тела.
Ощущений и чувств было слишком много для вчерашнего мелкого духа снов. Уверен, не будь я раньше человеком и не обладай самосознанием, то, получив столь ценный дар, побежал бы сразу проверять тело на прочность.
Хорошо, что безмозглым одержимым с замашками демонюги (осознанно отказался от такого пути, в общем-то!) я себя вполне оправдано не считал и мог направить мелкие радости жизни в полезное русло, потихоньку справляясь с поступающим потоком новых-старых ощущений.
Ближе ко второй половине дня мне стало намного легче.
— Владыки Снов, почему это так вкусно… — прикрыл я довольно глаза.
Готов поспорить, улыбка у меня сейчас на лице была жуткая.
Самая обычная овсяная каша с капелькой молока устроили в моей песочной душе целый взрыв из вкусов и ощущений. Я ещё хорошо помнил, как раньше кривился от овсянки, но, кажется, тогда я был совсем молод и глуп.
— Хорошо быть молодым и глупым…
Я открыл глаза, задумчиво уставившись на овсяную кашу.