Сема не заканчивает фразу, тут и так все понятно.
Молчу, понимаю, что скорее всего, он прав, обдумываю, не выдерживаю и восклицаю в сердцах:
— Че ж так сложно то все, вашу мать!
Возвращаю Семену контроль, пусть сами общаются, мне нужно это как-то переварить.
А я ведь уже губу раскатал на то, что смогу официально и законно вернуться к жизни в новом теле. А тут такие препятствия: год пахать в лагере, да еще и силу придется скрывать. Нет, столько времени у меня нет. И как же мне вытаскивать самого себя из этого никчемного статуса?
Нет, все-таки поторопился я с выбором тела.
— Погоди? Я правильно понимаю? — настороженно говорит Сема, кажется, обращаясь ко мне: — Получается, когда я открыл сверхспособность, ты ведь должен был получить тело. И, по всей видимости, ты его уже получил. — Сема понижает голос и осторожно спрашивает: — Лень, твое тело имеет статус лутум?
— Да, — раздраженно отвечаю я.
— О-о-о-о черт! — восклицает Саня и всем туловищем поворачивается к нам с переднего сиденья.
— Ну и влип ты мужик! — усмехается Вован, потом добавляет: — И где твое тело? Может, уже перепрыгнешь в себя и предстанешь торчать в наших головах?
— Угу, — поддакивает Саня, — а то никакой личной жизни! Никакого личного пространства!
— В какой плоти?! — возмущается Семен. — Лутумам в город нельзя. Его поймает первый же патрульный пост или какой-нибудь бдительный товарищ сдаст. И тогда Леню тут же отправят в рейтинговый лагерь или вышвырнут в мусорный город. А как мы уже поняли сейчас ему в лагерь никак нельзя. Да и в мусорник тоже как бы нежелательно.
— Ну, мы едем не в город, — беззаботно говорит Вова. — Наше убежище далек-о-о за городом. Так что там его никто не найдет. — Вова кивает и указывает взглядом куда-то в окно.
Мы все озадаченно смотрим туда, а там: бескрайние ещё не скошенные пшеничные поля и где-то в самом вдалеке стоят три металлических ангара.
— И что это за убежище? — спрашивает Саня.
— Небольшой ангар, — говорит Вова. — Отсюда его не видно, он спрятан чуть дальше за теми тремя. Дементич выкупил его у местного главы колхоза под личные нужды. О нем знали только он, Грач и я. В живых остался только я. Значит, теперь о нем знаю только я.
— А как же по документам? — настороженно спрашивает Сема.
— Какие к черту документы? — возмущенно усмехается Вован. — Этот ангар принадлежал колхозу партии Жизни. Просто глава колхоза подтасовал все так, будто ангар износился и его снесли. По документам его вообще не существует.
— Везде сплошная коррупция, — вздыхает Саня, — не удивительно, что партия Жизни пришла в упадок с таким-то управленцами.