Алекс вскочил и, бранясь спросонья, принялся одеваться. Лишь когда влез в брюки, он сообразил, что они с Морисом не на Палладе, где приближение теплокровных наверняка означало атаку панцирных паукоящеров, а на мирной и спокойной Эвридике. Атаковали здесь разве что стаи мошкары, способной в худшем случае вызвать неприятный зуд в местах укусов.
— Поторапливайся, пожалуйста, — подбодрил из коридора Морис. — К нам тут настоящая делегация.
— Сурки? — уточнил Алекс, застёгивая комбинезон.
— Ну, а кто же ещё. Они самые. Только бы не спугнуть.
Сурками называли аборигенов, хотя на грызунов те были похожи лишь внешне и ни под одну земную классификацию млекопитающих не подпадали. Передвигались аборигены на двух конечностях, ростом были взрослому человеку по пояс и щеголяли десятком расцветок от тёмно-бурой до пепельной.
— Алекс, пожалуйста, поскорее, — занервничал Морис. — Они уже на подходе.
— Ничего, чай не баре, подождут.
Алекс спрыснул репеллентом наголо бритую голову, козырьком назад нацепил на неё кепку и выбрался в коридор. Вдвоём с Морисом они подхватили громоздкий двухпудовый транслятор и потащили его на выход.
Сурков оказалось пятеро, в поводу они вели четырёх навьюченных молочных животных, смахивающих на гибрид коровы со свиньёй. Возглавлял процессию рослый индивид, рыжий, осанистый, с мощными верхними конечностями, копьём на плече и топором за поясом из чешуйчатой кожи.
— Приветствую вас, друзья, — Морис подключил транслятор, мгновенно разразившийся неприятным скрипучим визгом. — Рады вас видеть. Меня зовут Морис, это Алекс. Присаживайтесь, располагайтесь. Как поживаете, как здоровье, как…
— Ты ещё расшаркайся, — отстранил Мориса в сторону Алекс. — С ними проще надо, — буркнул он. — Здорово, парни, чего притопали?
Хлебодел с Садовником расстелили на земле покрывало из кривоклювного пуха и принялись вываливать на него содержимое мешков.
— Красноплоды отборные, — комментировал, опасливо косясь на говорящий ящик, Косарь. — Сладкие, сочные. Ягода зеленика. Она, наоборот, кислая и вяжет рот. Грибы пыхари, грибы водопьяны, грибы раскидаи. Орехи…
Лысая обезьяна Алекс придирчиво осматривала товары и трубила ртом лохматой обезьяне Морису. Одновременно трубил и говорящий ящик. Косарь догадывался, что ящик рассказывает обезьянам то же, что и он, только на обезьяньем языке. Однако как именно ящик это проделывает, оставалось неизвестным.
Когда выложили весь товар, Косарь замолчал. Лохматая обезьяна Морис тут же затрубила ртом. Через мгновение щёлкнул и заговорил на языке полевиков ящик.