— Слухи о том, что я сплю со своей сестрой, начали распространяться в результате стечения обстоятельств. Нападение ксеносов в поезде, за которое я сегодня награду получал — это попытка убить нас с Катрин. Вторая за несколько часов, первая случилась сразу же после посадки в Белостоке, через полчаса после того как мы с тобой познакомились. И в обоих случаях нас спасла лишь удача, которую можно назвать и чудом. Поэтому мы с Катрин постоянно в гостиницах брали две комнаты, а ночевали в одной, минимизируя риски. Кроме того, ты, наверное, видела шрамы у нее на лице — она получила эти увечья совсем недавно, и каждую ночь ее мучали кошмары, она постоянно просыпалась от криков. А если не просыпалась, то стонала во сне — и именно эти ее стоны послужили почвой для возникновения слухов. В придорожных гостиницах очень тонкие стены.
Есения смотрела на Никласа широко раскрытыми глазами, в которых — он это видел, читалась надежда. В ответ он только головой покачал, не став томить девушку.
— Ну и другие важные вещи есть. Например, информация о том, что Катерина — моя сестра, не соответствует действительности. Как и информация о том, что я с ней тогда спал.
Лицо Есении, разгладившееся было, вновь закаменело.
— Тогда? — едва слышно произнесла она.
— Да. Тогда, — кивнул Никлас. — После того, как прошел месяц с нашего разрыва, Катрин мне все же сообщила, что между нами нет родственной связи. До этого момента я думал иначе, и речи о каких-бы то ни было отношениях между нами не шло. Тогда не шло, и… в общем, ты поняла.
Около минуты за столом стояло молчание. Есения сохраняла лицо, но Никлас увидел, что по щеке у нее течет одинокая слезинка.
— Да. Я поняла, — резко поднялась с места девушка. Так резко, что покачнулась и едва не упала. Никлас, даже со своей нечеловеческой скоростью, едва успел ее подхватить.
— Не волнуйся. По второму разу пережить все это мне будет гораздо проще, — усмехнулась Есения. — Проводи до машины, пожалуйста.
Вышли из ресторана на крыльцо, вокруг которого группками столпились замолкнувшие при их появлении гости. Есения улыбнулась Никласу — неживой вежливой улыбкой, после чего сбежала по ступенькам крыльца к подъезжающему «Платинусу».
— Прошу простить за доставленные неудобства, — обратился Никлас к людям вокруг, старательно делающим вид, что происходящее их не касается. — Можете возвращаться.
Не дожидаясь реакции, сам он вернулся в отдельную комнату. Уже приближаясь, проходя по пока пустому залу, слышал из приоткрытой двери громкий смех — Григорий завладел вниманием девушек, как раз сейчас заканчивая очередной анекдот.