Илона шла по лабиринту сразу за мной. Её дыхание было ровным, но я чувствовал, как бьётся её сердце — частым, тревожным ритмом.
— Я просто не могу всё это переварить, — голос невесты, приглушённый стенами с зелёными прожилками энергии, прозвучал задумчиво, почти мечтательно, — Вся наша история… Вся мировая история, Марк! Войны, империи, религии, великие открытия… Всё это — что? Побочный эффект? Декорации для их… их долгой, затянувшейся партии?
Она споткнулась о камень, я инстинктивно поддержал её за локоть. Кожа Илоны была прохладной…
— Мы изучали в училище Древний Египет, — продолжала она, и в её голосе слышалось нарастающее изумление, — Да что там, я выросла в окружении исторических книг, знаю огромное их количество наизусть ты и сам в курсе! Все эти мифы об Осирисе, Сете, Исиде… О древних китайских богах… Минос, древнегреческий пантеон? Скандинавский? Ацтекский? Это просто… Это что вообще⁈ Отчёт о рабочих буднях Ментухотепа и его приятелей⁈ Получается, никакой магии в её настоящем, человеческом понимании и не было? Всё, к чему мы стремились, всё, во что верили многие поколения человечества — всего лишь бледная тень, отблеск их технологий, которые мы приняли за чудеса⁈ За законы мироздания⁈
Я молчал, позволяя ей выговориться, давая ей время осмыслить невозможное. Мои щупальца тем временем наткнулись на первую ловушку — замысловатый узор, высеченный в полу. Ловушка была новая — в прошлый раз такой не было — её магия скрутилась до размеров атома, но готова была выплеснуться и оторвать нам ноги.
Я послал короткий, точечный импульс физическо энергии, и древние руны с треском погасли, рассыпавшись в пыль.
— Если бы это стало известно… — Илона говорила всё быстрее, её мысль работала, выстраивая логические цепочки, — Если бы мы смогли рассказать всем… не только магам, а всем! Всему миру! Это же перевернуло бы всё с ног на голову! Не было бы никаких споров о том, кто прав, чья магия сильнее… Все объединились бы перед лицом такой угрозы! И… — она сделала паузу, и я почувствовал, как её взгляд упёрся мне в спину, — И твоё имя очистилось бы, Марк! Все бы поняли, против кого ты на самом деле сражался! Ты бы стал не изгоем, а… героем. Спасителем, который первым узнал правду и осмелился бросить им вызов!
Её голос звенел от внезапно вспыхнувшей надежды. В нём была такая трогательная, такая наивная вера в силу правды и справедливость людского суда, что я не выдержал и тихо рассмеялся. Мой смех прокатился по тёмному коридору, странным, отстранённым эхом.
— Милая моя, — произнёс я беззлобно, но с лёгкой усмешкой, — Ты думаешь, людям нужна правда? Они сожгут первого же, кто попробует им её рассказать, как еретика, сумасшедшего или провокатора. Так было всегда, и я, честно говоря, не уверен, что у меня получится что-то изменить. Хотелось бы, но… Мир предпочитает удобную ложь, в которой человек — венец творения, а не… побочный продукт чужих игр.