— Я слышал, ты что-то тут про контракт говорил? — ехидно спросил вербовщик, — да перестань ты на окно пялиться. Покуда ты у меня — твоя задница в безопасности. Кстати, а восемнадцать-то тебе есть? — в этом вопросе читалось явное недоверие. Молодо выгляжу, наверно.
— Спасибо, — выдохнул я, пытаясь унять сердце, бухающее в груди, — Через три месяца будет…
— Добро. Пойдёт. Главное, чтобы тебе восемнадцать было, когда ты из учебки выйдешь. Чтобы тебе нейросеть поставили… Да ты сядь, успокойся, — он кивнул на пластиковый стул, стоявший у стены. Над ним красовался огромный плакат. На плакате воин, облачённый в лёгкий тактический доспех космодесантника поливал огнём из ранцевого огнемёта какой-то клубок щупалец. Щупальца, наверное, символизировали мерзостных ксеносов, с которыми Империя победоносно сражалась уже которое десятилетие. Ну, по крайней мере в новостях всегда говорили, что непременно победоносно…
— А пока сидишь и в себя приходишь, я тебе вводную информацию зачитаю. — я только сейчас обратил внимание на то, что вместо одной ноги у него киберпротез. Хром деталей блестел в свете офисных ламп. И выглядел этот протез весьма солидно. Я даже представил, как будет ощущаться пинок такой ноги. И поёжился.
Дядька уставился в монитор, стоящий у него перед носом, и начал бубнить. Это был текст, с которым он был обязан меня ознакомить перед подписанием контракта.
Я прикрыл глаза и вслушался в его монотонную речь. А говорил он вещи интересные.
Контракт не менее, чем на пять лет. Шесть месяцев в подготовительном центре, там ставят нейросеть — а потом в войска. Контракт расторжению не подлежит. Совсем. Раньше истечения этого срока можно покинуть Планетарные Силы только одним способом. Вперёд ногами, обутыми в парадно-выходные белые тапочки.
Но есть нюанс. Если начальство сочтёт тебя достойным, то могут направить учиться дальше. Само собой, что только в военных училищах. Но это уже возможность, хоть и призрачная, перестать быть просто мясом. Если не дурак, то со временем можешь выбиться в офицеры. Белая кость, голубая кровь, все дела… Эх…
Но ладно, там ещё много интересного. Например то, что учебные части формируются по половому признаку, а вот боевые — уже из представителей обоих полов. Другое дело, что девушек не на все должности зачисляют. Но, с другой стороны, я-то не девушка. Меня на любую можно. Но что-то подсказывает мне, что выбор у меня будет совсем не богатый…
— Так, пупсик, ласково обратился ко мне вербовщик, — ты всё понял?
— Так точно! — ну, раз собрался в армию, то надо привыкать и изъясняться по-армейски.