— Вы понимаете, господин Воронов, — спросил он, глядя мне прямо в глаза и сцепив пальцы на животе, — что берёте на себя огромную ответственность? Прииски Рябова откровенно запущены. Там царит хаос, дисциплины нет, рабочие деморализованы и озлоблены. Вам придётся начинать практически с нуля.
— Понимаю, ваше превосходительство, — кивнул я. — Поэтому я и не боюсь их взять. Потому что знаю, как превратить хаос в порядок. Я уже делал это однажды на «Лисьем хвосте». Сделаю снова.
Губернатор внимательно посмотрел на меня, оценивая.
— Ревизор Кошкин пишет о вас в самых лестных выражениях. Говорит, что ваше предприятие — образец для подражания. Это редкость в наших краях, господин Воронов. Очень большая редкость.
Он помолчал, потом добавил:
— Но запомните: губернское правление будет следить за вами. Внимательно. Если вы повторите ошибки Рябова — жадность, эксплуатацию, беззаконие — вас постигнет та же участь.
— Не повторю, ваше превосходительство, — ответил я твёрдо. — Даю слово.
Он кивнул, протянул руку.
— Тогда удачи вам, господин Воронов.
Сделка была заключена в нотариальной конторе на главной улице Екатеринбурга. Степан, как всегда, подготовил всё безупречно — каждая бумажка на месте, каждая печать проверена, каждая цифра сошлась до копейки.
Я подписал толстую стопку документов, не читая — доверял Степану больше, чем самому себе в юридических вопросах. Нотариус, пожилой мужчина с пенсне и с дрожащими от старости руками, поставил последнюю печать, капнул сургучом, придавил печаткой.
— Поздравляю, господин Воронов, — произнёс он официальным тоном. — Вы теперь крупный владелец золотых приисков, складов, бараков для рабочих и разного оборудования согласно описи. Да хранит вас Господь на этом нелёгком пути.
Я взял документы — тяжёлые, пахнущие свежими чернилами и сургучом. Они весили больше, чем казалось. Потому что это была не просто бумага. Это была ответственность за сотни жизней, за огромные деньги, за будущее, которое теперь зависело от моих решений.
Степан улыбался, довольный.
— Теперь вы, Андрей Петрович, крупнейший золотопромышленник в округе. Больше вас только казённые заводы да пара столичных компаний.
Я выдохнул, чувствуя, как по спине пробегает холодок — не страха, а осознания масштаба того, что я только что сделал.
— Хорошо, — сказал я, пряча документы во внутренний карман сюртука. — Теперь главное — не облажаться.
На следующий день мы выехали на первый из бывших приисков Рябова — тот, что на реке Вишере, в двадцати верстах от «Лисьего хвоста». Ехали — я, Игнат, Савельев и Архип. Взяли ещё десяток казаков на всякий случай — так как, не знали что нас ждёт.